Послание было таковым «Скажешь барону, что Хазаров идёт за его головой». Многообещающий анонс, но поход за головой так и не состоялся, а Кушву, в конечном итоге, отбили. О смерти своего учителя Гаврилов узнал лишь недавно, именно поэтому злость в его душе ещё не утихла. Встретить убийцу человека, которого ты безмерно уважал — это бесценный дар небес.

— Кушву? — усмехнулся безликий. — Вижу, тебя не беспокоят десятки других городов, павших от моей руки. Типичный Архаровский выродок. Вы все на…

Договорить он не успел.

Гаврилов рванул вперёд и вогнал меч в грудину Хазарова. Клинок с чавканьем прошил сердце наёмника насквозь и вышел с обратной стороны. Но это нисколько не расстроило безликого. По телу Хазарова заструилась мана и хлынула к трём обезглавленным телам, застрявшим в полу.

— Даже интересно, чем закончится эта битва, — ухмыльнулся безликий, и в тот же миг Гаврилов ощутил сладковатый аромат гнили и услышал крик Лизы.

— Сзади! — взвизгнула Елизавета Максимовна.

Обернувшись, капитан увидел странный сгусток мяса и костей.

Три тела наёмников расплавились, словно желе, и теперь сплетались в новую, неизведанную форму жизни.

— Как видишь, магу смерти подвластно не только отбирать жизнь, но и создавать новую, — самодовольно заявил безликий и сделал шаг вперёд, вогнав клинок Гаврилова в собственную грудь по самую рукоять.

Спустя пару мгновений послышался хруст ломаемых костей, и жуткий кусок плоти сформировал из себя подобие гуля. Огромного трёхсоткилограммового гуля, у которого вместо зубов и когтей были сломанные рёбра, а из спины торчали шипы в виде остро расколотых берцовых костей.

У твари не было глаз, но она в них и не нуждалась. Оскалившись, она развернула жуткую морду в сторону Елизаветы.

Гаврилов дёрнул клинок на себя, но вытащить его из груди противника не смог, так как тот вцепился в рукоять и удерживал её изо всех сил.

— А ты чего занервничал? — усмехнулся Хазаров. — Любишь её, что ли?"

"Тварь подошла совсем близко и нависла над Елизаветой. Когтистая лапа взмыла под самый потолок и со свистом обрушилась вниз.

Не выпуская рукояти меча, Гаврилов холодно улыбнулся и посмотрел в глаза безликого с вызовом.

В эту же секунду нагрудник, созданный из стальной вешалки, перетёк на спину и выстрелил. В сторону гуля устремились стальные иглы, похожие на железнодорожные костыли. С чавканьем войдя в плоть твари, они надёжно приколотили её к бетонной стене. Гуль извивался, стараясь вырваться, но сделать этого не удавалось.