Может, он хотел таким образом продемонстрировать мою лояльность, знакомил меня с этим миром? Это было совсем не похоже на то, что я видела в «Крестном отце», там действовал какой-то кодекс, все было на высоте. Тут все выглядело совершенно иначе.

Через несколько минут официант принес мне вино, Массимо жестом спросил его о чем-то, потом жестом разрешил мне выпить. В этот момент я действительно чувствовала себя как браслет: бессмысленной, служащей только для украшения.

– Я хочу выйти, – шепнула я Массимо прямо на ухо. – Я устала, а это зрелище вызывает у меня тошноту.

Я отодвинулась от него и снова улыбнулась. Блэк сглотнул, потом дал знак сидящему рядом консильери. Тот достал телефон, и через секунду в зал вернулся Доменико. Я уже вставала, чтобы попрощаться, когда услышала голос:

– С опозданием искренне вас поздравляю! Всего самого наилучшего, дорогие.

Я обернулась и увидела Монику и Кароля, которые, приветствуя окружающих, шли в мою сторону. Я поцеловала обоих, искренне радуясь их появлению.

– Дон не предупредил меня, что вы приедете.

Моника оглядела меня и еще раз обняла.

– Ты прямо цветешь, Лаура, беременность тебе к лицу, – сказала она по-польски, подмигнув мне.

Я понятия не имела, откуда она знает, но меня радовало то, что Массимо держал это в тайне не ото всех. Она взяла меня за руку и потянула к выходу.

– Это место не для тебя, – ответила она, выводя меня.

В коридоре к нам подошел Доменико и вручил мне ключи от комнаты.

– Твои апартаменты в конце коридора. – Он указал на дальние двери. – Сумка с вещами в гостиной у столика, там же вино, а если хочешь что-то конкретное, скажи, я закажу.

Я с благодарностью похлопала его по плечу и поцеловала в щеку, после чего, взяв за руку Монику, пошла в комнату."

"– Скажи Оле, пожалуйста, где я! – крикнула я вслед.

Когда мы вошли в комнату, я скинула туфли и забросила их подальше. Моника взяла в руку бутылку, открыла и наполнила два бокала.

– Оно безалкогольное, – пожала я плечами.

Она удивленно посмотрела на меня и сделала глоток.

– Неплохо, но я предпочту алкогольное. Я позвоню, чтобы они принесли что-нибудь для меня.

Через двадцать минут к нам присоединилась уже немного осоловевшая Оля, и мы втроем принялись обсуждать несправедливости этого мира. Жена Кароля рассказала, каково это – столько лет жить в мире, в котором что-то можно и чего-то нельзя. Как проходят их вечеринки, как мне придется изменить свои представления о месте женщины в семье. Ольга, конечно, спорила со всем, но и она в конце сдалась, принимая ситуацию. Прошло больше двух часов, а мы все еще сидели на ковре, погрузившись в разговор.

Наконец двери комнаты открылись, на пороге появился Массимо. На нем не было пиджака, ворот рубашки расстегнут.