Но она лишь секунду размышляла, разглядывая меня, и выдала очевидный вердикт неженским басом, одновременно обдав меня чесночным амбре, лучше б нашатырь, ей богу…

— Эк, вас протрясло, сударыня, в Институте благородных девиц, где же ещё-то? Всё, вставай, отведу тебя в лазарет, остальным пора собираться и в классы. От наказание-то, и кто такую замуж возьмёт, надо ж было принять на обучение припадочную, пошевеливайся, пошли, капли тебе дадут, ох, горе луковое! Эта Савельева! Горе и есть!

— Савельева наша, бесприданница, никому не нужна, и место не получит! Вот и припадок случился, — прошептала одна из девушек.

— Горе-то наше! Ну сама виновата, сидела бы в мещанках, вышла б замуж за купца, так нет, высший свет ей подавай! Доигралась? Никому не нужна, тётка тебя за первого встречного продаст, или санитаркой в казённый дом, пошевеливайся, никто с тобой церемониться не собирается!

Глава 2. Ульяна Савельева

Пожилая, тучная женщина одним рывком поставила меня на ноги, и силой через голову натянула серое платье. Теперь она что-то ворчит по-немецки, а я ошарашенно оглядываюсь по сторонам, и совершенно не понимаю, что происходит.

Первый шок от того, что я стою! Стою и чувствую ноги! Этого не может быть!

Страх мгновенно сменяется ликованием, меня ударило доской, и случилось чудо?

Новая порция ворчания неприятной дамы возвращает с небес на землю:

— Угораздило накануне великих экзаменов припадку случиться! Ну, вы готовы, или вас надо тащить, поспешите за мной, Савельева. Ой, да некогда мне, так, госпожа Новикова, помогите подруге, проводите в лазарет, а у меня ещё дела в канцелярии.

— Слушаюсь, госпожа Рихтер! — пропищала невысокая бледная девушка.

А госпожа Рихтер махнула на меня рукой, как на совершенно пропащую, резко развернулась и поспешила из просторной спальни на восемь коек, унося с собой шлейф чесночного «аромата» и кое-чего покрепче, дело у неё, как же.

— Ульяна, ты идти можешь? — прошептала Новикова, крепко взяла за руку и ждёт, когда я созрею сделать первый шаг. Но я и стоять-то не могу!

— Ульяна? Как ни странно, могу! А куда? Я ничего не знаю и не помню. Где я? — ватные ноги всё же дали слабину, опускаюсь на кровать, и девушки быстро смочили угол полотенца над тазиком и обтёрли моё лицо. Другая девочка быстро расчесала мои длинные волосы и заплела косу.

Волосы какие-то другие, окружение непонятное, состояние ужасное. Кажется, я сейчас что-то такое невероятное пойму про себя и снова провалюсь в темноту.

— Вообще, ничего не помнишь? — с ужасом переспросила блёклая, пухленькая блондинка и откусила яблоко, хомячок.

— Нет, я тут не должна быть! Это какое-то недоразумение! А где тот, что меня спас? — пытаюсь собраться.

— Ульяна, ты, часом, не тронулась умом, а? — шепчет вторая девушка и вид у неё очень уж виноватый.