— Но я что-то не вижу характерных борозд на твоей шее…

— Раз он всё ещё шевелится, значит, мы все проиграли, придурок, — нахмурился Макс. — А кому отдавать бабки, если никто из нас не выиграл?

Я хмыкнул.

— Хоть кто-нибудь из вас верил в то, что я останусь жив?

— Не-а, — не задумываясь, хором пропели парни.

— Ну так значит выигрыш мой.

Егор внимательно посмотрел на Костяна и кивнул в мою сторону.

— Напомни мне никогда не делать ставки в споре, в котором он участвует.

Такая бессмысленная болтовня обычно помогала мне расслабляться, но сегодня этот трюк явно не работал. Костя словно видел меня насквозь.

— Как она, сильно злилась?

— Я бы на её месте вышвырнул тебя из палаты и запретил приближаться к себе на пушечный выстрел, — доверительно кивнул Макс.

Конечно же парни знали, при каких именно обстоятельствах Ксюша попала в больницу. Что бы с нами ни происходило, у нас не было друг от друга секретов.

— Не, это слишком просто, — покачал головой Егор. — Должно быть, она попросила его покинуть планету.

— Ну или как минимум потребовала с него денег, — встрял Лёха. — Хотя ты вряд ли сможешь с ней рассчитаться — за такое-то дерьмо…

Я кивнул, не поднимая головы. Девушка имела полное право предъявить мне любое из этих требований, даже все вместе. Однако…

— Она не злится на меня. Совершенно. И я понятия не имею, почему…

Похлопав глазами, парни разинули рты.

— Да ты гонишь! — присвистнул Егор.

— Эта девчонка либо святая, либо… — начал Макс и тут же осёкся.

Я с раздражением посмотрел на него — ведь знает же, что я не люблю недомолвок!

— Либо что? Рожай уже!

Он впервые в жизни посмотрел на меня таким серьёзным взглядом.

— Либо она в тебя влюблена.

Я открыл было рот, чтобы возразить ему, но с моих губ так и не сорвалось ничего вразумительного, и я захлопнул его обратно. Провёл рукой по голове, взъерошив волосы.

— Нет, такого не может быть, — пробормотал я себе под нос. — Она ведь не мазохистка. И прекрасно знает, что со мной её ничего не ждёт.

Пока я думал над этим, в памяти неожиданно всплыли строки из песни, которую поставила на меня Ксюша.

«Я твоя смесь, дикая смесь любви и эгоизма».

И тут же покачал головой, отгоняя наваждение, которое как нельзя кстати подходило к нынешней ситуации.

Лёха примирительно поднял руки.

— Ну хорошо, мы все поняли её позицию, — она пытается доказать, что противостоять твоему природному магнетизму очень даже реально. Тогда какого чёрта ты к ней прицепился? — Он сложил руки на груди.