— И ты, конечно же, повелась, как последняя дура! Эта мразь только и ждёт благоприятного момента, чтобы побольнее ударить! Уже поди придумал очередной гениальный план, как заткнуть нашу жизнь поглубже в задницу! В прошлый раз я заступился за него, и как он отплатил мне? Пытался подставить, чтобы спасти свою задницу! Ты хоть понимаешь, что всё это время вместо него гнить за решёткой мог Я?! А теперь ТЫ защищаешь его, наступаешь на мои грабли! Макс до сих пор беспросветно бухает, чтобы забыть весь этот пиздец, а ты растаяла от ничего не значащих слов двуличного лицемера! Хочешь пройти через такое же дерьмо, через которое прошли мои лучшие друзья? Ну, отвечай!

— Не смей повышать голос на мать! — услышал я твёрдый голос отца. — Вы оба наши дети! И её сердце одинаково болит за вас обоих!

Я зло усмехнулся.

— Неужели? Хочешь сказать, что вы оба в серьёз простили эту падлу? Что вообще за херня?!

Падла, кстати, ни слова не произнесла, пока я активно участвовал в семейной перепалке. Наверняка ведь ловил кайф от того, что я сейчас собственноручно рушу отношения с родителями.

Помощь пришла, как говорится, откуда не ждали. Мягко, но настойчиво взяв моё лицо в ладони, Ксюша буквально заставила меня посмотреть на неё.

— Давай просто уйдём отсюда. — Её горячий шёпот обжёг моё ухо. — У тебя ведь своё личное отдельное крыло. Даже своя кухня есть, я проверяла.

Несмотря на то, что я только что был готов разорвать всех без исключения членов своей семьи из-за бесконтрольного гнева, от последнего уточнения девушки губы нехотя расплылись в улыбке.

— А ты, наверное, Ксения? — как ни в чём ни бывало снова подал голос Никита.

И вот очень зря он упомянул мою невесту своим поганым языком, потому что Ксюхины усилия меня усмирить медленно катились в тартары."

"— Не смей даже смотреть в её сторону! — И я демонстративно спрятал девушку за свою спину. — Один взгляд, слово или даже мысль, обращённые к ней, и я устрою тебе привет из девяностых, ты меня понял? — А после обратился уже к родителям. — Я не хочу заставлять вас делать выбор между нами двумя, но, если он вернётся в этот дом, то я здесь жить не останусь.

Не дожидаясь чьего бы то ни было ответа, схватил чемодан и Ксюшину руку и потащил всё это в свою часть дома. И впервые порадовался, что на двойных дверях, отделяющих моё крыло от основной части, имеется замок. Со всей дури хлопнув дверью, защёлкнул механизмом — благо, открывался и закрывался он только с этой стороны — и продолжил путь. Только в комнате дрожащими от ярости руками содрал с себя пальто и принялся мерять комнату шагами, запустив пальцы в волосы.

Всё то время, пока я пытался остыть, Ксюша тихо сидела на подоконнике, не проронив ни слова, не пытаясь нарушить моё личное пространство.