2

После первого сложнейшего дня в новом учебном году моя жизнь в Бирне перевернулась с ног на голову. До этого сравнительно спокойная и размеренная, она превратилась в гремучий водоворот сменяющих друг друга событий. А ещё — непривычных чувств, невероятно смущающих меня.

Раньше я особо не привлекала внимание студентов Бирна. Только тех, кто прошел через мой теневой лазарет. А сейчас, наверное, каждый студент с первого по четвертый курс знал мое имя и то, что я — невеста самого Ричарда Честона. Мне оборачивались вслед, меня открыто рассматривали и активно обсуждали.

Однако Ричард оказался хорошим военным стратегом, его решение в первый же день представить меня парням боевого факультета Бирна оказалось замечательной идеей.

В тот день я сделала вывод, что мой фиктивный жених обладает незыблемым и безграничным авторитетом у всего боевого факультета.

Парни уважали его, верили ему и сразу осознали серьезность возникшей проблемы. Поэтому в тот же вечер они решили устроить вечеринку в нашу честь, на которую пригласили и многих девушек с разных факультетов Бирна.

— Кимберли, ходи за мной приклеенной, не своди с меня глаз и постарайся выглядеть радостной и счастливой, — заявил мне стратег перед входом в столовую Дома боевиков.

Именно в ней должна была пройти небольшая вечеринка в честь нашей помолвки, на проведение которой всеми правдами и неправдами Ричард получил разрешение у самого лорда-ректора.

— Тоже самое буду делать я. Сможешь не шарахаться от меня? — Он протянул руку, убрал завиток волос мне за ухо, прикоснулся к щеке и немного задержал кончики пальцев на ней.

По внимательному взгляду Честона я догадалась, что этот жест намеренный. И все равно меня пронзила дрожь, сердце бешено застучало, а губы вмиг пересохли. Инстинктивно хотела отпрянуть, но блондинистый стратег, не сводя с меня прищуренных синих глаз, тихо и спокойно напомнил:

— Кимберли Уэст, ты влюблена в меня по уши. А я влюблен в тебя.

И я осталась на месте, врастая ногами в землю, замирая и рассматривая короткие густые ресницы Честона. Не в силах смотреть ему прямо в глаза.

— Помню, — пробормотала. — Но не делай так больше. Пожалуйста. Я теряюсь. — Последние слова промямлила уже еле слышно, сбитая с толку охватившим меня смятением.

— Кимберли, ты можешь смущаться, теряться, розоветь, падать в обморок и так далее, — сдержанно отозвался Честон. — Это нормально. Ты же приличная и скромная леди. Но ты не должна отшатываться от меня, словно от прокаженного. Вздрагивать, будто тебе непривычны или неприятны мои прикосновения. И смотреть на меня так, словно хочешь прибить, тоже не нужно.

— Разве я смотрю на тебя так? — тихо возразила.