Я не видела выхода! Я не знала, как изменить ситуацию! С Дэйдрой тоже не получилось связаться. А Джейсон… Он держал руку на пульсе, не спускал с меня глаз, контролировал каждый шаг. Чего боялся — я не совсем понимала и не стремилась понять. С ним я была холодной и отстраненной.

Но долго прятать голову в песок нельзя. Я покинула скорлупу, в которой скрывалась с недавних пор. Сначала возобновила прогулки, встречи с так называемыми подругами и знакомыми, затем снова принялась преподавать в центре. И мне стало легче. Мне нужно жить. Крохе внутри меня нужно, чтобы я была сильной: чтобы смогла родить и защитить его. Время действительно лечит: вот и моя жизнь постепенно вошла в привычное русло, если так вообще можно сказать.

Джейсон же настороженно следил за моим «возвращением», но, убедившись, что с ума я не сошла — паранойей, шизофренией и суицидальными наклонностями не страдаю, — немного ослабил хватку. Пристально за мной больше не следили, но и предоставленной самой себе я не стала. Сэм, его водитель, стал нашим водителем, даже моим. От него избавиться у меня никак не получалось, а нужно было.

Я лично выбрала клинику, в которой будут вести мою беременность — прекрасные отзывы, квалифицированный персонал и находится в паре-тройке кварталов, всего-то через парк прогуляться, мне ведь полезен свежий воздух. Мне пора было сходить на первое узи, и сделать это необходимо без сопровождения. У меня имелся личный разговор к акушер-гинекологу, о котором Джейсону знать категорически воспрещается. Кажется, я нашла выход, главное, привести убедительные доводы и назвать нужную сумму.

— Сэм, останови возле бутика «Фенди», мне нужна сумка, — высокомерно бросила, равнодушно глядя в окно. А на самом деле нервно сжимала пальцы, поглядывая на часы. Прием через час.

Сегодня я примерила маску взбалмошной надменной стервы. Я не собиралась заводить с ним дружбу, наоборот, пусть он тайно меня ненавидит — меньше рядом ошиваться будет. Надеюсь, и сбегать будет при первой возможности, только бы не крутился рядом. Я ему в этом помогу.

С утра я пустилась во все тяжкие — совершила набег на брендовые магазины: потратила кучу денег, купила много и ничего нужного — в общем, карта Дэйдры, операции по которой оплачивал ее муж, стала худее на пятнадцать тысяч долларов. Думаю, не стоит говорить, что пакетов и коробок была уйма, и все нес Сэм. Высокий, в меру крепкий, с модным ежиком и длинной уложенной назад челкой — и этот красавчик был погребен под тряпьем из разных уголков Манхэттена. Я специально не поехала в Сакс, а покупала шмотки по возможности в магазинах, находившихся на приличном расстоянии друг от друга.

— Положи это сюда, — велела я, снимая тонкие перчатки. Сегодня очень ветрено, а у меня кожа рук жутко реагирует на холод.