— Я не знала, что ты, вы сами сказали: «Выбирай», наверное, чтоб хоть один из вас, но точно никуда от меня не делся.

— Дурная, мы и так уже никуда не денемся.

Смеется, специально сжимает мышцы, выдаивая из меня последние капли спермы, провожу языком по шее и кусаю нежную кожу.

— Ты, когда проснулась после наркоза в клинике, первым делом сказала достать из сумки коробочку, я еще от шока отцовства не отошел, а тут сразу стал женихом. Люблю тебя, ты знаешь?

— Знаю, — смотрит серьезно, трогает пальцами лицо. — Но дорога в клубы вам закрыта навсегда.

— А-ха-ха-ха… Хорошо, только с тобой. Напьемся того пойла из джина и лама, а потом полетаем, хорошо?

— Хорошо.

— Вы чуть весь дом не разбудили и детей. Можно было делать все тише? Варвара два раза просыпалась.

Громов уверенной походкой заходит на кухню в руках плюшевый жираф, тычет им в нашу сторону.

— Твоя дочь, вот и успокаивай, — Кристина хитро улыбается.

— Почему это моя? Может, Шульгина?

— Я не поняла, что за претензии?

— Крис, это ревность.

— Так, отошел в сторону, теперь я буду любить свою женщину, заметь, твою жену, только искупаю. А если проснутся мои дети, дай водички, почитай сказку и скажи, что папочка будет нескоро."

"Кристина стала моей женой месяц назад, без пышной свадьбы, просто расписались, но было элегантное платье и ночь, полная откровений.

Гром ревнует, это видно, но безобидно, впихивает жирафа мне в руки, отодвигает меня, подхватывает Кристину на руки, она смеется, он несет ее в ванную.

Нет, я уже не ревную, все так и должно быть. Нет идеальных придуманных кем-то отношений, нет точной формулы счастья. Нас определяют поступки, желание быть с тем, кто дорог. Громов, как и я, сделает все и даже больше для своей женщины и детей. Для их будущего и счастья.

Надеваю штаны, иду в детскую, горит ночник в формы луны, малыши спят. Ваня и Варя, имена выбирали недолго.

И неважно, кто их отец, главное, что они без ума от их мамы.

Эпилог 2

Открываю дверь, кидаю сумку на пол, в квартире негромко играет музыка. Не разуваясь, прохожу в гостиную. Кристина танцует, ведет бедрами, приподнимая мужскую рубашку, что надета на ней, показывая свою упругую попку и маленькие белые трусики.

Наклоняется, подбирает с пола плюшевого жирафа, бросает на диван. Мужской голос из динамиков телефона что-то поет на французском, моя девочка подпевает.

Сам снимаю футболку, кроссовки, расстегиваю джинсы, иду к ней. Готов так стоять и смотреть вечность, но соскучился, сил нет. Неделю был на сборах, тренировал недотеп, которые строят из себя крутых бойцов. Утром наверняка все вздохнули с облегчением, что уехал, больше некому будет их трахать морально.

— Девушка, можно с вами познакомиться? — шепчу на ухо, обнимая Кристину со спины, накрывая руками грудь, двигаясь в такт музыке.