Я как раз был в Алматы. Ты рассказал, что проснулся в актауской гостинице рядом с секретаршей, но ничего не помнил о прошлой ночи. Твое последнее воспоминание — как вы заходите с коллегами в бар.

— Значит, провалы в памяти начались еще тогда, — задумываюсь я.

— Слушай дальше. Когда ты проснулся, у тебя раскалывалась голова, тебя тошнило и был дикий сушняк. Она тебе сказала, что ты вчера ей позвонил, вызвал в номер и там трахнул.

— Бл**ь, — цежу сквозь зубы.

— Ну она тебе начала говорить что-то про любовь, отношения и прочее дерьмо. Ты естественно напрягся. Потом она сказала, что заходил твой брат и видел ее.

— Да, он сказал тоже самое, — произнеся это, я вдруг задумался. — Мне интересно другое: почему Искандер не рассказал про видео с камер, про то, что я был в стельку пьян?

— Вообще-то ты не был пьян.

Нахмурившись, смотрю на него и ничего не понимаю.

— Ты был под кайфом.

— Чего? — эти слова как удар под дых, отчего я начинаю задыхаться."

"— Тебя колбасило после этого весь день, но всем ты сказал, что отравился. Ты же не дурак, Карим. Сложил два плюс два. Бухали все, а такая реакция только у тебя.

— И поэтому я позвонил тебе?

— Да, — кивает он. — У вас был в тот же день самолет в Алматы. Вечером мы с тобой встретились и ты мне все пересказал, описал, что чувствовал утром. Мы с тобой сразу же поехали в городскую наркологию.

— Пи***ц. Только не говори, что пришлось в баночку?

— Ну а как еще? — развел он руками. — В моче дольше держится.

— И что у меня нашли?

— Кетамин, — увидев мое смятение, Бекжан продолжил, — его часто подливают девушкам в барах. Date-rape drug (наркотик изнасилования)*, — слышал такое?

— Слышал.

— Тебе, наверное, не такую большую дозу влили раз ты смог…ну…

— Я понял, — нервничаю. — Я сейчас прохожу сеансы гипноза и на одном из них вспомнил ту ночь в гостинице, только на месте секретаря была моя жена.

— Это неудивительно, — усмехается Бека, — кетамин, помимо того, что влияет на слух и зрение, еще вызывает сонливость и галлюцинации. Жертва оторвана от реальности, чувствует замешательство, беспомощность, может потерять сознание.

Ругаюсь трехэтажным матом, до боли сжимаю кулаки, напрягаясь до предела, до стука в висках.

— Меня нае***и.

— Ты не первый и далеко не последний. Мужчин, обычно бизнесменов, таким образом подставляют, чтобы шантажировать. Часто подкладывают совсем девчонку…без пяти минут восемнадцатилетнюю. А тебе вон секретаршу.

— А может, это она все подстроила? Потому что никто так на меня и не вышел, а Линара…Короче, она меня преследует. Наплела Заре, что мы женимся. И что живем вместе год.

Бекжан смеется, чуть опустив голову.

— Попал ты, конечно. Но нет. Ты мне сказал, что у тебя с ней ничего не было.