Ее красивые карие глазищи широко распахнулись, стоило войти в VIP-комнату. Прежде, чем сесть на большой уютный красный диван, девушка провела ладонью по бархатной обивке.

- А сколько человек будет с нами сидеть? - наивно спрашивает «конфетка», устраивая милую попку на краю дивана.

Я плюхаюсь рядом и одним движением руки притягиваю стройняшку ближе к себе, почти впечатывая в свое тело.

Ангелина несмело поднимает глаза и кладет хрупкие пальчики мне на грудь.

- Только ты и я, – усмехаюсь, не сводя глаз с пухлых сочных губ.

Уже представляю, с какой жадностью буду брать эту неприступную крепость. Как мягкие, упругие, словно спелые вишенки, губки малышки будут покорно приоткрываться навстречу моим. Целовать Ангелину - одно удовольствие! Раньше никогда не понимал в чем соль этого обмена слюной, поэтому резко пресекал все попытки со стороны случайных подруг.

А тут сам, словно зеленый сопливый мальчишка, готов наслаждаться сладостью поцелуя с соблазнительной во всех отношениях блондиночкой.

- Как - одни? – удивляется Лина, вглядываясь в мои глаза.

– Не понял. А кто тебе еще нужен? - напрягаю мышцы, но тут же расслаблюсь, когда Ангелина кладет белокурую голову мне на плечо, почти повторяя сказанные мною ранее слова:

- Никто. Только ты и я.

*Совковый ремонт — народное название старого ремонта, который соответствовал стандартам СССР

Глава 24

Ангелина

Делаю последний глоток из высокого фужера. Во рту взрывается миллиард пузырьков. Хихикаю, обводя взглядом заставленный блюдами столик. Мне так хорошо!

Чувствую себя сытой кошкой, наевшейся сметаны. Суши, салаты, шоколадный десерт, пустая бутылка из-под какого-то розового напитка, которую, между прочим, я приговорила в одно лицо.

Вкусненький…

Максим отказался, оправдавшись, что за рулем. Расслабленно прикрываю глаза, но тут же испуганно вскрикиваю, когда Максим берет меня за ноги и ложит их на свои колени. Неловко поджимаю пальцы, обмотанные лейкопластырем. Их вид - еще то испытание.

Такова участь артистки балета…

- Не надо, – шепчу, пытаясь вернуть ноги в исходное положение, забыв даже о том, что на мне короткое платье.

– Надо, - как всегда, непреклонно, возражает Макс, принимаясь ласково массировать мою ступню.

— Максим, - обращаюсь к мужчине, легонько толкая его ногой, а потом лениво наблюдаю, как его пальцы скользят по гладкой коже. - Это ведь ты... ты договорился на счёт мамы?

Он морщится, но кивает.

— Почему сразу не сказал?

— Не хотел, чтобы ты чувствовала себя обязанной, - просто отвечает он, отворачиваясь к экрану.

Фильм, как я и думала, оказался крутым. Только вот я потеряла нить сюжета, когда широкие ладони Садулаева незаметно пробрались под подол платья. Резкий рывок и вот - я уже сижу у него на коленях, обхватив ногами мускулистые бедра мужчины.