Ведь он же грозил всех поубивать, если что не так сделаем! Так и сказал: «убью всех, а первыми — этих черно-красных»!

— Убьет он черно-красных, — ядовито сказал, молчавший до того «долговец», демонстрируя, что переживает рассказ Хомяка не меньше, чем снайпер.

— Два пулевых, — коротко сообщил квад-медик Боргу. — Похоже, пистолетные. Заживает хорошо, ничего больше не надо. Только перевязку чистую наложу.

— Он что-то сделал с нашими головами и заставил обмануть Танка! — решил «добавить красок» Хомяк. — А потом пошел следом и убил его!

— Так он рассказывал, как расправился с квадом Танка? — по горящим глазам «долговцев» Хомяк понял, что теперь ему верят практически безоговорочно.

— Каждый бесконечный день, — чеканя слова, с надрывом в голосе сказал Хомяк, опуская взгляд, — мы должны были слушать эту поистине ужасную историю.

Он не знал, как будет выкручиваться, когда вернутся Буль и Крот. Но был просто счастлив, что сумел выторговать целые сутки относительно спокойной жизни.

Глава 30"

"Странное дело: обнаружив знакомую тропу, по которой до заминированного пляжика оставалось идти от силы четверть часа, Буль почувствовал прилив сил.

И хотя страха перед смертью он не испытывал, но все-таки отдавал себе отчет в том, что больше не увидит ни генерала Штыка, ни рядового Хомяка, ни Крота. Эти люди, бывшие для него когда-то чужими, теперь воспринимались как дружная семья, в кругу которой можно жить годами ни от кого не уставая. И одно лишь понимание, что больше ему не сидеть в кругу близких людей, заставляло Буля печалиться сильнее, чем предстоящая прогулка по минному полю. Правда, прогуляться предстояло в хорошей компании, и чем больше людей Хука выйдет разом на пляжик, тем веселее окажется последний праздничный фейерверк.

Аномалий на тропе быть не могло, а те, что ощущались справа и слева, не были опасны, если не приближаться к ним слишком близко. Поэтому Буль очень надеялся, что после того, как разом весь пляжик поднимется вверх, оставшимся в живых бандитам будет некогда трясти детекторами аномалий. И кто-нибудь из них обязательно найдет себе теплое место в «жарке» или «плешке».

Высокие деревья разошлись в стороны, пропуская людей к воде. Буль внимательно осмотрел берег. Ничего не изменилось по сравнению с утром вчерашнего дня.

Та же «плешка» с маленькой «жаркой», та же высокая трава и узкая полоса песка между водой и травой. Мины накануне Буль не просто ставил, но и маскировал, совершенно не понимая требований Крота. И вот теперь, как оказалось, странная причуда озерного сталкера сыграла Булю на руку.

За спиной Ганс со вздохом облегчения сгрузил на землю свой тяжелый пулемет. Буль остановился, до рези в глазах вглядываясь в темное пятно, неподвижно застывшее среди рябого зеркала озера.