Крик дозорного захлебнулся, но лагерь, просыпаясь, зашумел пуще прежнего.

Визжали женщины, орали от страха мужчины… Несколько человек попытались организовать сопротивление огромной рептилии. Но куда там! Деревянные копья с кремневыми наконечниками — не то оружие, которое в слабых руках человека способно пробить крокодиллову шкуру.

Да и наши с Мелким огнестрелы тут не помогли бы…

А речной хищник даже не думал останавливаться… Что ему два человека, и то не целиком? Он вломился в лагерь, как слон в посудную лавку: круша навесы, раскидывая костры и атакуя людей.

Мирная ночь превратилась в кровавое побоище. И помочь старателям ни я, ни Мелкий не могли… Охота на крокодиллу — это заманивание в ловушку, а не выход лицом к лицу! К огромной морде, то есть…

Люди приняли самое верное решение: стали разбегаться. А мы следили за тем, кто и куда бежит. А когда в свете костров мелькнула фигура Толи, я толкнул Мелкого в плечо, и мы, пригибаясь, двинулись за ним.

Лидер группы бежал с умом. Спасаться он решил не там, куда рвануло большинство его подчинённых. Выбрал направление на юго-восток, куда почти никто не бежал.

А поскольку наши камни находились в той же стороне, долго искать Толю нам с Мелким не пришлось.

Дальше оставалось только бежать за ним, ориентируясь по примятой траве. Ну и стараться не шуметь. Остановился предводитель рудокопов только в паре километров от воды, у небольшой рощицы. Несколько грибов, несколько растений, похожих на пальмы — вот и вся растительность.

Прижавшись спиной к ножке гриба, Толя стоял и с ужасом таращился в темноту. А когда мы с Мелким вынырнули перед ним, и вовсе заорал от страха.

Но потом рассмотрел, что это люди, и даже узнал нас.

— А… Это вы! — он облегчённо выдохнул, а потом, видимо, вспомнил, что надо бы нахамить, и нахамил. — Чё надо, ля?!

— А вот и борзый наш Толя! — осклабился Мелкий.

Требовала его мелочная гопническая душа сатисфакции… Впрочем, моя возвышенная, широкая и благородная — тоже требовала. И как бы не больше, чем душа Мелкого…

— Чё? — не понял Толя, с агрессивным видом поднимая кирку, которую сжимал в руках.

— Толян, бросай кирку! — сообщил ему Мелкий, доставая револьвер и взводя курок.

 — Бросай, а то поранишься!..

Я тоже развернул свёрток и достал винтовку. Встав в нескольких шагах от главы несостоявшихся рудокопов, загнал в ствол патрон, клацнул затвором и поднял оружие.

— Э!.. Мужики! Вы чего?!.. Э?.. — развитие диалога с провинившимся руководителем пошло по стандартному сценарию.

Даже фразы были шаблонные… Но такова уж человеческая натура. Мы привыкли действовать по проверенным сценариям. И если иногда фраза: «Э!..