Поэтому пуля влепилась не в основание черепа, а в спину зверя, вызвав новый рёв недовольства.

Следом за вожаком мой валун с разбега боднула его самка, а следом — и весь выводок. К этому времени клыкастый успел отскочить, взять разгон и двинуться в новый забег.

В этот раз я стрелял не в тело, а в ногу… Хоть и попал, но пуля прошла по касательной, лишь выбив фонтанчик крови.

В этот момент из травы вырвались Хромая и Русый, которые тут же попытались отвлечь самку и выводок. Правда, шансы у них были разве что против выводка… Зато это заставило самку встать на защиту детёнышей и отвлечься от меня.

А я успел сделать ещё один выстрел. И снова в ногу клыкастому. Попал, но не перебил, конечно… Ноги хоть и были тонкими в сравнении с телом, но уж точно не тоньше моих собственных. Зато пернатый от неожиданности завалился на бок, перекатившись через спину.

Но не успел я соскочить с камня, как он снова оказался на ногах. И начал обходить препятствие в виде высокой части валуна. Осознав, что сбежать не успею, я вынуждено бросился назад и остановился на самой верхней точке камня.

Клыкастый как раз добрался до удобного подъёма и, торжествующе взревев, попытался преодолеть полметра высоты.

Поставил сначала одну ногу, затем вторую… И тут же отдёрнул её.

— Так тебе!.. — злорадно сообщил я, вскидывая ружьё.

В этот момент зверь снова рявкнул. А затем резко взвился в воздух, используя для прыжка все три здоровых лапы. Мелькнул лёгкий пух на пузе, и я снова посмотрел в его торжествующие злые глазки… Но план уже созрел! И когда пернатый боров кинулся на меня, пригнув голову и выставив клыки, я не стал стрелять…

Просто сделал шаг назад и спрыгнул вниз.

Приземляясь на землю, я уже наводил ружьё вверх, готовясь к стрельбе. И даже удар при приземлении не сбил мне прицел. Не время отвлекаться на боль, прострелившую колено… У меня была примерно секунда. И когда сверху показалось пузо, я выстрелил!

А потом, хромая и морщась от боли, кинулся обратно на валун. Но это были уже излишние предосторожности…"

"Клыкастый визжал, лёжа на боку и дёргая ногами. С каждой секундой силы покидали его.

А самка с выводком медленно отступали, на всякий случай огрызаясь на бестий.

И, похоже, даже не думали возвращаться к самцу.

Но расслабиться и закинуть в рот «лечилку» я себе позволил, лишь когда среди травы появились Пилигрим и Мелкий.

— Я же тебе кричал, чтобы не стрелял! — возмутился Грим.

— Я не слышал, чего ты там кричал… — постанывая от боли, ответил я. — Я целился!..

— Надо было слушать! — развёл он руками.

— Да, Вано! Ну ты чо?! — поддакнул Мелкий из врождённой вредности.

— Идите вы в жопу, тактики недоделанные! — не стал я обижаться. — Я теперь раненый.