Чем больше общался с Ритой, тем больше понимал, что не готов ее никому отдавать.

– Хех, то есть мы все же желали друг другу добра и хороших девушек, – Богдан прищурился и отпил из своего бокала. – Марк, но почему все-таки ее ты решил выцепить для этого? Неужели не нашлось девушек, которые тебе понравились, но были бы презентабельнее. Модели, актрисы, бизнес-леди.

– Именно поэтому. Ты всегда очень пренебрежительно отзывался о людях, работающих в обслуживающем персонале. Мне показалось забавным, если ты увлечешься неожиданно… феей чистоты.

– Ах ты гаденыш, – весело хохотнул Богдан. – У тебя все получилось. Но зачем ты матери Риту показал?

– Это была последняя попытка. Вот уж кто мог помочь ускорить события и подтолкнуть тебя в нужном направлении. Мама тоже за тебя беспокоилась. Но оказалось, что все наоборот. Фактически Рита прошла испытание моей же семьей и сделала свой выбор. Не представляешь, как мне было приятно. Богдан, но что все-таки с Юлей? Отсутствие детей не повод разрывать отношения. Вы ведь столько вместе прожили.

– Мы еще интересами разошлись. Наверное, мне все же действительно нужен кто-то такой же домашний и уютный, как Рита. Юля тоже за эти годы очерствела, озлобилась. Постоянно мной манипулировала на почве отсутствия детей и того, как она меня «спасает», выгораживая перед семьей. Стала позволять себе многое из того, что прощать, по-хорошему, уже было нельзя. В последний год наши отношения стали уже почти официально свободными. Я не разводился только в надежде, что она, может, на курорте от кого-то все-таки залетит, и мы предъявим-таки родителям внука. Но что-то не срослось.

Чокнулись с Богданом еще раз. Спустя час я посадил и его в такси. Он сопротивлялся, хотел продолжать банкет, на ногах стоял неуверенно, посидел бы дольше – и мне пришлось бы его тащить, а потом лично везти до дома.

Вновь возвращаюсь в клуб. Хочется отсюда поскорее уехать, но пока не выйдет. Нужно, чтобы хоть один из собственников участвовал в мероприятии. Думаю, еще час присутствия, и будет достаточно. Вернулся обратно к бару, заказал кофе покрепче. Когда передо мной поставили чашку, рядом раздался нежный женский голосок:

– Можно с тобой посижу?

Поворачиваюсь к Юле. Волосы растрепаны, тушь под глазами растеклась. Платье снизу подозрительно смято и испачкано. Когда-то ясные голубые глаза сейчас мутные, взгляд бегает с предмета на предмет. Юлю я упустил. Где она была, пока мы с Богданом разговаривали? Кажется, ушла в туалет.

– Для чего тебе со мной сидеть?

– Хочу поговорить, – Юля тяжело оседает на стул рядом. – Эй, бармен, мне тоже кофе сделай. Хочу тебе кое в чем признаться, Марк, – произнесла Юля доверительно и придвинулась ко мне ближе.

РИТА

Странно. Уже за полночь, а Марк все не едет, и телефон у него недоступен.