А если у нашего Добытчика Черное Крыло есть романтические планы встретить праздник вместе с белочкой или какой другой полюбовницей, то я к тебе приползу, посидим вдвоем, по-стариковски, старое вспомним, о будущем помечтаем.

Камень сразу забыл о том, что собрался горевать, и принялся строить планы.

– Я постараюсь узнать у Ворона, – пообещал он. – Главное, чтобы он ничего не заподозрил. И Ветра надо будет отправить куда-нибудь, а то он нас с тобой вместе увидит и обязательно Ворону разболтает. Нарядим с тобой ель, только не ту, под которой ты сейчас лежишь, а другую, ту, что справа, она попышнее и повыше.

Я Ветра попрошу, он игрушек натащит, он знает какое-то место километрах в ста отсюда, где игрушки просто так валяются, прямо у кого-то на участке, если сильный порыв устроить, то можно их сюда забросить. А Ворон их на ель повесит. Будет очень нарядно! Только с угощением надо что-то придумать.

– Это я беру на себя. Я всех зайцев, лис и медведей в лесу знаю, они ко мне хорошо относятся, с миру по нитке – на праздничный стол соберу. А чего ты такой грустный-то? Мы же про Новый год мечтаем, у тебя настроение должно повыситься, а ты как в воду опущенный.

– Я про Родислава думаю. Как ты считаешь, импотенция лечится?

– Эк хватил! – расшипелся Змей, что должно было обозначать раскатистый хохот. – Да что тебе с этой импотенции? Ну не может Родислав больше быть с женщинами – и не надо, обойдется. Другой способ найдет.

– Ты о чем? – недоуменно спросил Камень. – Какой другой способ? Способ чего?

– Способ достижения психологического комфорта, – терпеливо пояснил Змей. – Что ты на меня так смотришь? Не понимаешь, о чем я говорю?

– Не понимаю, – признался Камень.

 – А о чем ты говоришь? Какое отношение выработка гормонов имеет к психологическому комфорту?

– Да самое прямое! Вот ты мне скажи, зачем человеческим особям нужен секс?

– Для продолжения рода, – уверенно ответил Камень.

– Правильно. А если не для продолжения рода, тогда зачем?

– Так гормоны же вырабатываются, возникает потребность, ее надо как-то реализовывать, – старательно повторил Камень урок, преподанный Вороном.

– Ну, допустим, – Змей кивнул овальной головой. – А если гормоны не вырабатываются и продолжения рода не намечается, тогда зачем нужен секс?

Камень подумал немного и неуверенно ответил:

– Получается, что ни за чем он не нужен.

Тогда мне непонятно, почему же люди так страдают из-за отсутствия секса, если его нет по естественным причинам? Чего они так носятся с этой импотенцией? Ворон рассказывал, что у них там целые научные институты над проблемой бьются, лекарства какие-то изобретают. Зачем?"

"– Вот именно: зачем? – подхватил Змей. – А я тебе скажу зачем.