Он,

внимательно глянув на Лурдина, залез в рюкзак, доставая оттуда термос и бутерброды и выкладывая это богатство на большой линялый кулек.

— К чему эта прелюдия? — насторожился Лурдин. — Мы, кажется, на охоту собрались, а не по душам говорить.

— Так чай разговоры любит, а лес торопыг не терпит. Вот сейчас по бутеру съедим, чаю с травками попьем и дальше двинем.

— Ну если так, — передернул плечами Гена.

— Бери, угощайся, — пододвинул Арсений гостю хлеб с толстым куском сала. — Я и лук прихватил. Будешь?

— Давай, — выдохнул счастливо Лурдин. — Отличная еда.

Сто лет не ел.

— Ни за что не поверю, что в городе сала не купить и лук.

— Купить-то можно, — печально всплеснул руками Гена. — Но есть нельзя. Жена заругает, убьет. Света по сравнению с теткой — просто сама доброта.

— А если она такая добрая, — жестко процедил Гаранин, — зачем ты ей пистолет привез, Гена?

Кульбит аж поперхнулся.

— Она тебе сообщила? — напрягся он.

— Нет, мы вечером не разговаривали, — скривился Арсений и замолчал, разглядывая собеседника.

«Только трахались как кролики. Весь дом дрожал», — вставил от себя Лурдин, а вслух поинтересовался мрачно:

— Что ты хотел узнать?

— Зачем ты привез в мой дом пистолет? Это раз.

Что происходит? Это два. Отвечай по существу. Ответы «я не знаю», «не помню» не принимаются. Ты же не мальчик на побегушках, правда?

Гаранин отпил из металлической кружки чаю, откусил крепкими зубами большой кусок бутерброда и воззрился на Лурдина немигающим взглядом.

— Светку заказали, — бросил тот, не избегая суровых слегка прищуренных глаз собеседника.

— Известно кто? — резко осведомился Арсений.

"

"— Да, — негодующе крякнул Кульбит, — но снять с крючка не получилось. Козел этот серьезно настроен. Маньячина.

— Пекарь ей зачем? Она же стрелять не умеет…

— Это Света так сказала? — уточнил Гена, обжигая губы горячим чаем.

— А что, тоже первый юношеский? — криво ухмыльнулся Гаранин.

— Какой там, — процедил Лурдин. — Учили в свое время с оружием обращаться. Поэтому, пока ситуация не разъяснится, лучше ей с Беретткой не расставаться. Тем более что я, кажется, в Зарецке видег прихвостней заказчика.

— По любомубыло бы честнее поставить меня в известность, — резко бросил Арсений, наливая себе в кружку еще чай.

 — Все-таки она живет в моем доме!

— Она живет с тобой. Вот и выясняйте сами, — рыкнул Гена. — Захочет рассказать, скажет, нет — и клещами не вытянешь. Порода такая. Вот теща…

— Заладил ты про свою тещу, — отмахнулся раздраженно Арсений.

— Она у нас боевая. На нее напали в подъезде, так она пакетом с солью отмахалась. Мужика этого полиция поймать не могла. А тещеньке удалось.

— Как солью? — не понял Гаранин.