Только он ночью вышел. To есть с вечера еще ехал в соседнем купе, а утром его уже не наблюдалось. Позвони Вадиму, может, он что знает.

Гаранин кивнул и хмуро уставился на гостью.

— To есть это не твой ревнивый ухажер или муж?

— Нет, — отрезала она и отвернулась к окну. Любое упоминание о Люсьене бритвой вспарывало душу. А из наскоро закрытых щелей снова полез страх.

«А если этот урод следил за мной? Кому и что он успел передать до начала метели?» — мысленно ужаснулась Света, а вслух бросила надменно:

— При нем телефон или планшет нашли? Может, звонил кому с острова или писал?

— Менты разберутся, — скривился Гаранин. — Мне важно, чтобы тебя не привлекли, куколка!

— А зачем меня своей женой назвал? — невинно поинтересовалась она. — Теперь вопросы начнутся.

— Ничего подобного, — буркнул он. — Все и так знают, что я женат.

«Врешь, как дышишь, — хотелось вставить Свете, но она сдержалась. — Пой, ласточка, пой!»

— Так вопросов меньше, — принялся оправдываться Гаранин, злясь на самого себя."

"— Наоборот больше, — ехидно заметила Света. — Придет участковый, попросит паспорт…

— А у тебя там что написано?

— Да уж точно, что не твоя жена, — отрезала Света, лихорадочно соображая, какой именно паспорт стоит предъявить, когда понадобится. Гражданки ЕС? Или России? Что сейчас безопасней?

— Никто ничего не попросит, — рыкнул Гаранин. — Поэтому и сказал так. Перестань забивать себе голову ерундой и держись нашей легенды.

— Я не понимаю зачем? — оторопела она.

«Хороший вопрос, — мысленно усмехнулся Арсений. — Я сам бы хотел это узнать!»

А вслух, чтобы сменить тему, поинтересовался:

— С какой же скоростью ехал твой муж, что не вписался в поворот?

— С большой, — поджала губы она. — Он шел первым и не собирался никого пропускать.

— Стритрейсер, что ли? — уточнил Гаранин.

— Ага, — кивнула Света, вспомнив улицы Монако и ревущие болиды. — Он самый.

Она снова оказалась там и из окна комментаторской трибуны следила, как Люсьен вырывается вперед и несется навстречу к своей гибели. И в который раз задалась вопросом, если бы он сбавил

скорость, удалось бы предотвратить трагедию?

Света сама удивилась, что сдержалась, не расплакалась, не закричала от бессилия и вселенского горя. Она лишь повернулась к Гаранину и, преданно глядя в глаза, проворковала:

— Расскажи лучше о своей жене.

— Это еще зачем? — удивился Арсений, уставившись на нее, будто она сморозила редкую чушь.

— Ну должна же я соответствовать. Так сказать, вписаться в образ, — хмыкнула Света.

— Только попробуй, — рыкнул он, — придушу голыми руками.

Глава 5

Всю ночь Гаранин не сомкнул глаз. Все пыхтел, отвернувшись от Светы. Но по его напряженной спине она сразу догадалась, что ему не до сна.