— Она что — спала с твоим отцом? — кричала жена. — Почему ты о ней ничего не знаешь? Ты же мужик, вот и придумай что-нибудь!

— Наташенька, Глеб уже придумал, — попытался он возразить. — Предложил ей треть стоимости квартиры. И дамочка взяла тайм-аут на раздумья.

— И сколько же она будет думать? — мрачно спросил Витька.

— А ты вообще не лезь не в свое дело, — обернулся к сыну Олег.

— Ни фига себе — не мое! — присвистнул Витька. — У меня, можно сказать, квартиру отбирают, а ты говоришь — не мое. Или ты, папочка, хочешь, чтобы я к вам жену привел?

— Забудь и думать, — отрезала Наталья.

 — Мне еще не хватало с твоими детьми нянчиться. Будет у тебя своя квартира! Отец позаботится.

— Позаботится, как же, — хмыкнул Витька. — Вижу я, как он заботится…

Олег хотел отвесить засранцу подзатыльник, но сдержался.

— Я ведь сказал: девица пока думает. Я поговорю с Глебом, чтобы он поторопил ее. Но если она не согласится…

Он хотел произнести привычную фразу: «Тогда мы решим вопрос через суд», — но споткнулся на полуслове. Кого он обманывает? Папаша обставился вешками со всех сторон. Его завещание любой суд признает законным.

Можно, конечно, найти подход к судье, но не во всех же инстанциях! Опять-таки, кто будет этот подход оплачивать? Глеб, конечно, согласится, но ведь и у него мошна не резиновая. Еще потребует себе не половину квартиры, а больше…

— Если она не согласится, мы найдем способ уговорить ее, — услышал он собственный голос.

— Ладно, — помолчав, сказала жена. — Только давайте там побыстрее. И нечего с ней церемониться, с хапугой!

Даша с Максимом сидели на диване и передавали друг другу прочитанные листы. Зазвонил телефон.

— Я возьму! — вскочила Олеся, ждавшая звонка от одноклассника.

Спустя пару секунд она вернулась в комнату разочарованная.

— Мам, тут тебя спрашивают…"

"— Я слушаю, — отозвалась Даша, взяв трубку, и услышала знакомый голос.

— Дарья Андреевна, это Глеб Боровицкий. Вы приняли решение, о котором мы с вами говорили?

— Какое решение? — не поняла она.

— Решение о возврате собственности нашей семьи.

— Подождите, Глеб Петрович, — Даша попыталась собраться с мыслями. — Никакого решения я пока не приняла.

— И сколько еще вам нужно времени? — Голос в трубке звучал напористо и жестко, сбивая Дашу с мысли.

— Я не знаю… неделю… или две.

— Через неделю я вам позвоню.

В трубке раздались гудки.

— Кто звонил? — спросил Максим. — Все в порядке?

— Звонил сын Боровицкого, — вздохнула Даша и пересказала короткий разговор. Когда она закончила, Максим расхохотался.

— Потрясающие люди! — прокомментировал он, отсмеявшись. — А ты у меня, Дашка, овца бессловесная!

— Мама не овца! — вступилась Олеся.

— Хорошо, не овца, — не стал спорить Максим. — Тогда божья коровка.