– Селиверстова! Я долго тут стоять буду? – слышу капризный голос Валерии Шариповой, первой красавицы и умницы нашего университета, дочки богатых родителей, которая в этот осенний день по странной прихоти судьбы попалась мне на пути.

В груди тлеет стыд. Ну почему я встретила ее сейчас? Когда всё так плохо? Что за закон подлости?

Рядом стоит, открыв рот, охранник. Затем недовольно смотрит на меня. Нехотя подходу к машине подружки и киваю ей. Не уходить же прочь, сделав вид, что не узнала. Поздно…

– Куда едешь? Давай подвезу, – предлагает она, прыгая за руль.

Да уж, так хочется отказаться, но у меня нет денег даже на проезд, так что я скрепя сердце сажусь в шикарное авто, сразу же впитывая в себя аромат дорогой кожи и элитных духов Леры. Шлейф прошлого душит своими путами, и я ежусь.

Чувствую себя настоящей дурой. Как можно было не взять деньги на проезд? Бедная стала, а привычки остались из прошлого, где везде расплачивалась карточкой, со мной ездил водитель, или папа, который оплачивал любой каприз.

– Ну и видок у тебя, бомжатню местную обворовала? – язвит некогда хорошая подружка, заводя мотор.

– Зачем ты так? – шепчу, стискивая кулаки, опешив от бесцеремонности Шариповой.

Нормальный у меня вид, джинсы, футболка, сверху кожаная куртка, что не так?

– Ну и где твой женишок? – продолжает язвить эта фифа.

– Так, Лер, я выйду, – хватаюсь за ручку, потому что я не намерена терпеть чужие оскорбления. Мне и так проблем хватает.

– Да ла-а-а-адно, – гортанно смеется Шарипова, поправляя искусно уложенные волосы, окрашенные в самый модный колор. – Ну обиделась я на тебя, – говорит капризно, лавируя в потоке автомобилей. – Никого на свадьбу не позвала, знаешь ли, настоящие подруги так не поступают.

– Настоящие подруги помогают в беде, – не остаюсь внакладе, напоминая Лере о том, что она, как и другие мои знакомые, в трудный момент, когда на меня свалилось банкротство компании и отняли дом, прикрылась своей обидой и не дала ни копейки.

– Кто старое помянет, тому глаз вон, как говорит мой папа, – смеется несколько нервно, всё время косясь на меня. – Совсем беда, да? – спрашивает уже совершенно другим тоном, как будто даже проявляет сочувствие, которое мне не нужно от нее, оно мне ничем не поможет.

Я не хочу бередить свежие раны, не хочу рассказывать о своих проблемах, я просто хочу доехать до дома, успокоить бабушку, а потом заняться делами. Хотя… в чем-то она, возможно, сумеет мне помочь.

– Мне нужно вернуть брата, – говорю твердо, уставившись слепым взглядом вперед, машины расплываются передо мной. Нет, я не плачу, слез уже не осталось, я не могу позволить себе рыдать, жалеть себя и проклинать судьбу, мне нужны все силы и самообладание.