С кристальной честностью понимаю, что рад его приходу. Рад любому, что нарушит сейчас мой покой и вмешается в мысли, которые не покидают меня со дня смерти жены. Мог ли я что-то исправить? Мог ли что-то изменить? Мог ли их спасти?

– Артур Русланович, – размеренно и четко говорит Юра, складывая руки ниже пояса в замок и смотря на меня твердо. – Ваше распоряжение насчет роспуска охраны…

Еще один, не понимающий с первого раза.

– Они пропустили наверх работницу клининга. Сейчас, во время предвыборной кампании, нужно усилить охрану, а не наоборот, ослаблять вожжи. А если бы это была ушлая пронырливая журналистка или киллерша?"

"Юрий насупленно смотрит вперед себя, жуя губу, на лице с мелкими шрамами от шрапнели отражается серьезный мыслительный процесс. Работник с богатым опытом и даже наградами после опасных военных операций в горячих точках, он сейчас явно ощущает свою вину за прокол, а еще переживает за своих ребят. Он считает, что набрал лучшую команду из возможных. Но что поделать? Никуда не годится, если в резиденции будет царить анархия.

Спорить со мной бесполезно, и Юрий просто молча ждет дальнейших указаний.

– С этого дня в доме будет жить моя невеста, сестра мальчика, а также, ее бабка, она парализована, поэтому позаботься, чтобы обеспечили должный уход. Пусть девчонка живет рядом с моей спальней, а старуха – где-то подальше в правом крыле на первом этаже. И еще, Юрий, позови ко мне пацана.

– Подъехали родственники вашей покойной супруги, – докладывает безопасник, а я едва заметно вздрагиваю, почувствовав холодное дыхание прошлого.

Ничего хорошего этот визит не принесет, но не выгонять же бывших родственников, которые не могли не приехать, узнав о появлении внука.

– Пусть поднимутся ко мне, но тогда Саша пусть сидит в своей комнате, – отдаю команду и сосредоточенно стискиваю кулаки, настраиваясь на непростую встречу.

Логинов молча кивает и выходит за дверь, понимая, что спорить насчет роспуска охраны бесполезно. Ему предстоит сложная задача – за короткий срок набрать новую команду. Но больше нельзя допустить проколов.

Ада

У Багримова слова не расходятся с делом. Он выпроваживает меня за дверь своего кабинета, не церемонясь и не утруждаясь дополнительными пояснениями, куда мне идти и кто меня встретит.

Громко хлопает тяжелая дверь позади, подталкивая меня вперед на балюстраду с перилами, куда я вылетаю, словно мне пинок дали. Стою оглушенная и пытаюсь сообразить, что только что сейчас произошло.

Замуж? Меня снова позвали замуж? За такой короткий срок стану женой второй раз. Да ты просто нарасхват, Селиверстова. В ЗАГСе изрядно повеселятся и посчитают тебя ветреной особой.