Ломая ногти, дыша на стылый металл, Лизе удалось это сделать.

Вывалилась наружу, встала, побежала. Обернулась лишь раз и увидела уже яркое зарево огня, которое охватило строение бани.

Глава 7

Утро выдалось морозным.

Мужчина шел по лесу, только занимался рассвет, а он, как день, как месяц и как полгода назад, обходил свои владения. Замерзший в корку снег хрустел под ногами, его было достаточно, в лес весна приходит с опозданием. Нужно было проверить силки на зайцев, и если повезет, то будет диетический обед.

Егору Хабарову совсем недавно исполнилось тридцать четыре, критический возраст миновал, но кризис не прошел. А может, он больше себя уже накручивал, мужчина пока понять не мог.

Вот уже год он жил отшельником в лесу, в доме, построенном его отцом много лет назад, который мечтал встретить старость наедине с природой. У отца это не получилось, болезнь забрала его раньше, а вот у Егора прекрасно получается лучшие годы своей жизни проводить в этом месте.

Ночью спал плохо, проснулся около шести утра, на душе было неспокойно, встал, подбросил дров в камин, подумал, что все-таки нужно было завести собаку. Взять какую-нибудь дворнягу, приютить, чтобы была верным другом, но привыкать Егор ни к кому не хотел, слишком больно потом расставаться.

Нет, ему этого больше не надо, лучше одному, вдали от города, людей, суеты, осуждений, лжи, предательства, косых взглядов. Лучший друг Медведев считает его слабаком, но пусть он идет к черту со своими советами, Хабарову и так хорошо.

Заяц все-таки попался в силки, свернул, бедолага, шею, так что не пришлось его умерщвлять. Перекинул через плечо, расстегнул овчинный тулуп, пошел дальше и, не успев сделать пяти шагов, наступил на что-то твердое.

— Интересно, а ты что здесь делаешь?

Бюст Гоголя примерно сантиметров двадцати высотой выглядел по меньшей мере странно в лесу. Здесь, конечно, можно было найти всякое, люди — свиньи, что только не выбрасывают, но вот Гоголя Егор не встречал со времен школы, вчера его точно не было, и значит, откуда-то он взялся.

Мужчина начал приглядываться, еще немного прошел вперед и под сосной заметил темную кучу. Снял с плеча ружье, мало ли что это может быть, нахмурился, толкнул ногой, а когда вылез валенок, замер, начиная понимать, что это человек.

Убрал ружье, начал трогать руками, поворачивая кучу к себе, и, увидев длинные светлые волосы, а потом девичье бледное лицо, в первую секунду испугался, что она уже мертва. Не хватало ему таких подснежников, а вместе с ними кучи народу, полиции и криминалистов.

Приложил два пальца к шее, пульс был, снова перекинул ружье через плечо, сунул Гоголя в карман тулупа, взял девушку на руки и широкими шагами быстро понес ее к дому.