Он вдруг вспомнил, как беззастенчиво она флиртовала с ним в Саммерс-Глейд, до повторной помолвки с Дунканом. В то время ему пришлось предупредить ее, что в его семье мужчины добиваются женщин, а не наоборот, и что они терпеть не могут притязаний навязчивых, пытающихся поймать жениха дам. Однако Офелии он, очевидно, нравился. Иначе она не стала бы с ним кокетничать. Впрочем, это произошло до выговора, который она от него получила. Тогда Рейфел был в бешенстве, услышав ее намеки на то, что Сабрина – его любовница.

После этого он дал ей резкую отповедь, и она с тех пор невзлюбила его.

Правда, и он не относился к ней с особой симпатией, так что их взаимная неприязнь только осложнит его задачу. Однако он не пытается заслужить ее благосклонность только ради того, чтобы облегчить предстоящий ему труд. Черт возьми, ни за что. И без, того он тратит уйму усилий, стараясь игнорировать ее красоту. Не хватало еще, чтобы она строила ему глазки!

– Если вы позавтракали, – сказала она наконец, – я бы хотела получить ответ на свой главный вопрос.

Он еще не наелся, но она задавала так много вопросов, на которые он не подумал ответить, что пришлось уточнить:

– Какой именно?

– Почему вы делаете это со мной?

– А-а, это… По ряду причин.

– Я готова довольствоваться одной.

– Вас терпеть не могут в обществе, если не считать, разумеется, бесконечного потока мужчин, которые еще не поняли, какая злобная вы фурия.

– О нет, я вовсе не фурия. Но вам до этого не должно быть дела. Так что мне нужна причина более веская.

– Прекрасно. Я считаю довольно странным, что девушка, такая прекрасная, как вы, может быть столь очевидно несчастной. Вот и решил исправить положение. Считайте это моим добрым деянием за этот год.

И должен не согласиться с вашей реакцией на первую причину. Я всегда питал слабость к жертвам несправедливости и помогаю им, если могу, конечно. В вашем случае я на это способен.

– Ну да, всем известно, что вы благородный защитник униженных и угнетенных, – признала она. – Даже я об этом слышала. Но сама не отношусь к той категории людей, которым требуется ваше покровительство. И не рекомендую даже намекать на это…

– Конечно, относитесь, дорогая, – спокойно перебил он. – Назовите хотя бы одного человека, который симпатизирует вам, кроме, разумеется, ваших родителей и той толпы кретинов, о которых вы уже упоминали.

"

"– Моя горничная, – торжествующе произнесла Офелия, втайне радуясь, что нашлась с ответом.

Рейфел закатил глаза к небу:

– Горничные не в счет.

– Идите к черту! – бросила она и, к его удивлению, встала из-за стола.

– Куда вы?

– Отправлюсь домой пешком, – сообщила она не оглядываясь.

Рейфел расхохотался. Офелии волей-неволей пришлось помедлить перед дверью.

– Я вполне серьезно, – процедила она.