Офелии он не увидел, но взгляд случайно скользнул по собравшимся и мгновенно вернулся к Мейвис Ньюболт, стоявшей в самом центре. При виде девушки Рейф нахмурился, но тут же сердце сжалось ужасным предчувствием. Уж очень странное это совпадение: рыдающая Мейвис и Офелия, находившаяся где-то поблизости…

Рейф соскочил с коня и протолкался вперед, к Мейвис. И увидел окровавленную белокурую головку, которую все это время высматривал среди пешеходов.

– Что вы наделали?! – заорал он на Мейвис. – Толкнули ее под копыта коней?!

Девушка, похоже, до сих пор пребывавшая в шоке, только и смогла пробормотать:

– Она пыталась спасти меня.

Но он едва ее расслышал, потому что уже стоял на коленях перед Офелией. Стоял и боялся прикоснуться к ней. Она выглядела такой жалкой и трогательной, когда лежала на грязной мостовой неподвижно, едва дыша. Одна подкова, из которой, вероятно, выскочил гвоздь, прорвала ее пальто и платье. Сочившаяся откуда-то кровь залила всю одежду. Невозможно было определить, одна ли это рана или остальные скрыты одеждой. Но Рейф не сомневался, что она не просто упала. Конские копыта прошлись по ней: недаром на пальто остался грязный отпечаток.

Лошади, наделавшие столько бед, остановились всего в нескольких футах. Они так и не присмирели и по-прежнему тяжело дышали, брыкались и пытались укусить всякого, кто оказывался рядом. Какой-то человек, возможно, кучер, стоял перед ними с раскинутыми руками, пытаясь успокоить животных.

– Я делал все, чтобы их остановить, – повторял он каждому, кто желал слушать. – Какой-то мальчишка взорвал хлопушку. Детская проделка, но они насмерть перепугались. Однако я старался их остановить!

– Не касайтесь ее, мистер, – посоветовал кто-то за спиной Рейфела.

– Помощь уже близка. Еще несколько минут, и приедет доктор.

– Кто-то за ним поехал. Сказал, что знает одного, который живет на соседней улице.

– Я видела, как это случилось. Обе девушки перебегали дорогу прямо перед этим экипажем. Повезло еще, что не сбило обеих!

– Я тоже видел. Видел и не мог отвести от нее взгляда! Ну чистый ангел! А потом она просто исчезла под копытами этих коней. Говорю вам, их нужно пристрелить. Никогда не доверяй норовистым лошадям!

– Подумать только, такая красавица!

Голоса звучали то тише, то громче, сливаясь в общий гул. Говорили не с ним. Очевидцы обменивались замечаниями о том, что видели собственными глазами. Но в ушах Рейфела стоял бессвязный рев. Он не мог оставить ее лежать здесь. Не мог.

Кто-то попытался не дать ему поднять ее на руки.

– Это моя жена! – прорычал он, и его оставили в покое.

Он не сознавал, что по щекам текут слезы. Не подозревал, что со стороны выглядит безумцем.