– Она погрузилась в удрученное молчание.

– Возможно, он прав, – предположил Кэм без тени сочувствия в голосе. – Это не самое безопасное место для тебя.

– Он делает это не из соображений безопасности. – Эви взяла черную фишку и крутанула ее, так что та завертелась на поверхности игорного стола. – Он хочет сохранить между нами дистанцию.

Понимающая улыбка Кэма и раздосадовала, и утешила ее.

– Терпение, – мягко посоветовал он и вышел, оставив ее созерцать вращающуюся фишку, пока та не замерла на столе.

Глава 14

Эви была рада бурной деятельности, развернувшейся в клубе в течение следующих двух недель.

Это помогало ей отвлечься от горя. Когда она сказала Себастьяну, что хочет быть полезной, он туг же направил ее в контору, где беспорядочно громоздились учетные книги и стопки нераспечатанной корреспонденции. Ей также приходилось давать указания малярам, плотникам, декораторам и каменщикам. Еще совсем недавно подобная ответственность ужаснула бы Эви. Поначалу общение с таким количеством незнакомых людей требовало от нее нервов и усилий, и первые несколько дней ей пришлось бороться с заиканием. Однако чем чаще она это делала, тем легче ей становилось. Помогло и то, что рабочие слушали ее со смесью терпения и почтения, чего она раньше не удостаивалась.

Первое, что сделал Себастьян после похорон Айво Дженнера, – это организовал встречу с комиссаром полиции в связи с недавним ужесточением законов, касающихся игорного бизнеса. Со свойственным ему даром убеждения Себастьян доказал, что клуб Дженнера является общественным учреждением, а не просто игорным заведением. А следовательно, не должен подвергаться полицейским проверкам и облавам, поскольку его члены, как заявил Себастьян с самым серьезным видом, являются «весьма достойными людьми».

Не устояв перед доводами виконта, комиссар пообещал воздерживаться от проверок при условии, что клуб будет поддерживать респектабельный облик.

Узнав об успехе Себастьяна, Кэм восхищенно заметил:

– Чистая работа, милорд. Я начинаю думать, что вы способны убедить кого угодно и в чем угодно.

Себастьян усмехнулся и взглянул на Эви, сидевшую рядом.

– Полагаю, леди Сент-Винсент является живым свидетельством тому.

Складывалось впечатление, что Себастьян и Кэм заключили временный союз, направленный на то, чтобы снова поставить клуб на ноги. Их отношения нельзя было назвать дружескими, но они определенно не испытывали неприязни друг к другу. Кэм, судя по всему, признал организаторские способности Себастьяна, столь необходимые в дни, последовавшие за кончиной Айво Дженнера. Себастьян, в свою очередь, перестал изображать праздное высокомерие и взялся за руководство клубом с властной решимостью.