Эви обвила руками его шею, отвечая на дразнящие прикосновения его губ. Себастьян учащенно дышал, грудь его вздымалась, касаясь ее трепещущей груди. Поцелуй стал более глубоким и страстным, заставляя ее льнуть к твердому телу.

С мучительным стоном Себастьян наконец оторвался от губ Эви.

– Нет, – прошептал он, прерывисто дыша. – Нет, подожди... милая... Нам нужно поговорить... Дьявол!

Вцепившись в лацканы его сюртука, Эви уткнулась лицом в серый шелк галстука. Если бы Себастьян не держал ее, она не устояла бы на ногах.

– И все же я настаиваю на том, что сказал ранее, произнес он, касаясь губами ее волос.

– Если ты хочешь ухаживать за отцом, тебе придется следовать моим правилам. Комнату нужно проветривать... Дверь и окна должны быть постоянно открыты. И не садись слишком близко от него. Более того, находясь с ним, завязывай носовым платком рот и нос.

– Зачем? – Эви откинула назад голову, недоверчиво уставившись на него. – Чтобы крохотные невидимые организмы не проникли в мои легкие? – Иронически поинтересовалась она.

Его глаза сузились.

– Не испытывай мое терпение, Эви. Я близок к тому, чтобы вообще запретить тебе навещать его.

– Я буду выглядеть как дурочка, расхаживая с завязанным лицом, – запротестовала она. – И потом, это может ранить его чувства."

"– Мне на это наплевать. И заруби себе на носу: если ты ослушаешься меня, то вообще его не увидишь.

Эви резко высвободилась из его объятий, охваченная новым приступом негодования.

– Ты ничем не лучше Мейбриков, – горько сказала она. – Я вышла за тебя, чтобы обрести свободу. А вместо этого сменила одну тюрьму на другую.

– Ни у кого нет полной свободы, детка. Даже у меня.

Сжав руки в кулаки, она свирепо сверкнула глазами.

– По крайней мере ты можешь принимать решения, когда дело касается тебя.

– И тебя тоже, – ухмыльнулся он, не без удовольствия наблюдая за вспышкой гнева, которую спровоцировал. – Боже, что за зрелище! Какой неистовый темперамент! Так и хочется затащить тебя в постель.

– Только посмей, – огрызнулась Эви.

Себастьян рассмеялся и направился к двери.

Глава 10

Вечером, когда Эви зашла в комнату отца, она сразу поняла, что пришел его час. Кожа приобрела восковой оттенок, губы посинели, а измученные легкие уже не могли втянуть достаточное количество кислорода.

Она сожалела, что не может дышать за него. Взяв его холодную руку, она сжала пальцы в ладони, словно могла согреть их своим теплом.

– Папа, – промолвила она с застывшей улыбкой. – Скажи мне, что делать. Скажи, чего ты хочешь.

Он смотрел на нее спокойным любящим взглядом, а его увядшие губы слегка растянулись в ответной улыбке.

– Кэм, – прошептал он.

– Я пошлю за ним. – Она пригладила его поредевшие волосы. – Папа, – мягко спросила она, – Кэм мой брат?

С его губ слетел вздох.

– Нет, детка.