А после некоторых его оговорок я чуть не расхохотался: Дубасов всего-навсего боялся, что я претендую на его должность предводителя муромского дворянства. Он-то получил её через интриги, не обладая ни родовитостью, ни весом в обществе, и ничего бы не смог противопоставить мне сейчас. Кстати, предводитель получает очень неплохие доходы: и подношения от дворян для решения разных дел, и возможность запустить руку в дворянскую кассу.

Но мне эта должность не нужна вовсе, своих дел выше крыши. А вот хорошие отношения с Дубасовым могут пригодиться на будущее.

— Хотел вас предупредить, Николай Васильевич, — я состроил огорчённую мину, — что не смогу участвовать в делах дворянского собрания.

— Отчего же, Константин Платонович? — В его голосе проскользнули удивлённо-радостные нотки.

— За время моего отсутствия поместье пришло в некоторое расстройство и требует моего внимания. К тому же я отправлен в отставку для поправки здоровья, а доктора рекомендуют больше отдыхать и не волноваться. Сомневаюсь, что смогу часто приезжать в Муром.

— Ах вот оно что, — Дубасов сокрушённо покачал головой, но в его глазах полыхнуло торжество.

— Увы, увы, — я развёл руками, — здоровью не прикажешь. Да и скажу честно: не имею никакой склонности к подобным занятиям. Мои способности тяготеют к военной деятельности, а не повседневным делам.

— Да уж, наслышан о ваших талантах на этой ниве, — Дубасов коротко хохотнул. — Но раз такое дело, постараюсь оградить вас от волнений и муромской суеты.

— Буду очень признателен, Николай Васильевич.

— Хотя не скрою: мне очень жаль, весьма рассчитывал на ваше участие.

Дубасов, повеселевший и довольный, ещё минут десять упражнялся в славословии и мягко пытался льстить моему самолюбию. А после сам проводил меня до дверей кабинета.

— Константин Платонович, — уже на пороге он наклонился ко мне и сбавил тон: — хотел вас предупредить. Некоторое время назад о вас наводил справки Чагин.

— Вот как?

— Интересовался вашим Талантом и родственными связями. Расспрашивал некоторых свидетелей вашей дуэли и офицеров, кому довелось с вами служить.

Взяв меня за локоть, Дубасов доверительно зашептал:

— Вы же знаете, что за человек Чагин? Если у вас возникнут с ним сложности, я готов выступить посредником и уладить разногласия между вами.

Я высвободил локоть и широко улыбнулся Дубасову.

— Что вы, Николай Васильевич, не стоит утруждаться. Если у сударя Чагина есть ко мне дело, я решу его сам. Поверьте, у меня достаточно средств и сил, чтобы убедить его не интересоваться моей персоной.

* * *Едва я вернулся в бальные залы, как столкнулся со стайкой похожих друг на друга девиц.