А где Кекса потеряла?

— Да ща подвалит, он большой мальчик, не потеряется, — Жанна беззаботно махнула рукой, плюхнулась на кушетку и с интересом уставилась на Сашку:

— Ты их специально что ли коллекционируешь? Убогих, в смысле? Не, я ничо! Косу вон какую отрастила за короткий срок. А был мамкина радость, прям трепетная фиялка в упаковке, куда бы деться! Поделишься методикой? — она слегка толкнула она меня в плечо.

Рядом очень недовольно засопел не только Сашка, но и Мик. Поэтому я изо всех сил сдержала смешок, прикусила щеку изнутри и даже не улыбнулась.

— На себя бы посмотрела, — всё же буркнул Микаэль. Но тихо так, чуть ли не мне на ухо.

— А по шее? — у Жанны оказался тонкий слух, но при этом никакой агрессии, и даже «по шее» она предложила так радостно, словно шоколадку пообещала.

— Не, нельзя, — я на полном серьезе сделала ей страшные глаза. — По шее им только я могу!

— А, ну правильно… о, вот и Кекс! Принес?!

— После процедур, — Невозмутимый Томагавк демонстративно убрал большой цветастый пакет за спину.

— Жадина, — Зефирка так же демонстративно надулась. А я в который раз подумала, что они дурачатся очень… по-настоящему, но при этом так, словно… черт их знает, короче, воспринимать их как клоунов у меня не получалось. Все казалось, что ребята на самом деле гораздо опаснее что ли… чем кажутся на первый взгляд.

Короче, ушли мы от лекарей в хорошем настроении. То, страшное… запертое в самый дальний уголок моего разума, мы, не сговариваясь, больше не упоминали. А в остальном… Сашка не то чтобы оттаял, но прислушиваясь к нему через ментал — а это потихоньку становилось все легче, я уловила, что именно наша не слишком ласковая, но деятельная манера себя вести его и успокаивала.

Типа никаких сладких обещаний, никаких вкрадчивых проповедей… мы были слишком непохожи на то, что встречалось ему раньше, мы сбивали с толку и именно поэтому смогли пробиться сквозь наросшую корку. Только через самый верхний слой. Но это ведь уже прогресс!

Я улыбнулась и подмигнула пацаненку, но тот лишь попытался изобразить презрительный «фырк», ну… если б ёжики умели презрительно фыркать, примерно так это бы и выглядело.

— Пойдем через призму?

Ххе! Это я с вопросом угадала, презрительный ёжик сразу превратился в радостного детсадовца и закивал. Блин, как же хорошо, что ему не успели настолько искорежить душу, и что детская способность изумляться осталась при нем…

Она даже на Мика действовала. Кос ворчал, бурчал и делал страшные рожи, но не по-настоящему. А еще вывел нас не сразу домой, а в трех кварталах, потому что «одевать это чучело каждый день в брендовые шмотки мы разоримся, даже я тут себе одежду брал!»"

"Да кто против-то? Я сама люблю секонд-хенды. А Мик смешной.