— Я не люблю Москву и не хочу своего сына отправлять в эту деревню. Да и с Никсой возникнет недоразумение, так как Александр должен быть его опорой в делах, а для этого надобно, чтобы они были ближе друг к другу. — Император выдержал небольшую паузу. — Сергей Степанович, вы считаете это разумная мысль?

— Вполне. Тем более что это временная мера. Подобный поворот событий позволит нам составить перечень людей, которые выражают интересы Великобритании и Франции при нашем дворе, а также вскрыть часть агентурной сети, которая без сомнения обширна. Василий Андреевич, как вы думаете, мы справимся?

— Если в Москве, да дать возможность кадетскому корпусу обособиться территориально, то более чем. Я осматривал атлетический зал Александра и видел занятия в нем — очень любопытное дело. Да что там говорить — посмотрите, как за этот год-полтора подтянулись ребята. Они стали крепче и живее. Думаю, стоит предложить Великому князю развиваться в этом ключе и дальше. Тем более что оно идет не в ущерб учебе и фронтовой подготовке, в которой, к слову, вся дюжина наших молодых рыцарей показывает отменные результаты.

— А кого вы видите на должность руководителя этого особого кадетского корпуса?

— Вы его хорошо знаете. Старый боевой генерал, сподвижник Суворова и покоритель Кавказа, старая зубная боль всего офицерского корпуса, который доживает свои последние годы."

"— Ермолов? Вы шутите! Он и не согласится. Сошлется на слабое здоровье. Да и зачем такой человек нужен на таком посту? — Император был поражен предложением и встревожен.

— Как раз такой и нужен. Только он или подобный ему старый боевой конь сможет выправить дела так, что мы получим не просто большую интригу, а просто помазанное медом место для иностранных шпионов. Помимо этого — он стар, а учитывая его характер это большой плюс — не будет нужды его убирать с этой должности и создавать скандала. Он сам уйдет через некоторое время.

— Не нравится мне все это, господа, очень не нравится. — Император откинулся на спинку кресла и задумался, разглядывая потолок. Ланской, Левшин и Долгоруков сидели в молчаливом напряжении и ждали когда Его Величество примет решение. Минуты две спустя Александр Николаевич подался вперед и, посмотрев в упор на Алексея Ираклиевича, спросил: — А что сам Александр? Вы думаете, он справится? И как, по вашему мнению, должен быть организован этот особый кадетский корпус, дабы один из его учеников занимался развитием его учебной и дисциплинарной программы.

— Думаю, справится. С дюжиной ребят он отлично управляется — строгая дисциплина и очень прилежная учеба на протяжении последних нескольких месяцев стали нормой. Они, по всей видимости, очень серьезно отнеслись к идее вашего сына.