– Очень хорошо, – девушка заглянула в блокнот, – подождите, пожалуйста, несколько минут.

Сейчас у Левона Саркисовича одна чрезвычайно важная персона.

Лола и Маркиз опустились на низкий кожаный диванчик и почувствовали себя совершенно погруженными в атмосферу восточной сказки. Фонтан звучал, в воздухе чувствовался аромат изысканных благовоний, из спрятанных в стенах динамиков лилась негромкая ритмичная музыка.

– Учись, Лолка, – вполголоса проговорил Маркиз, – учись, глядишь, психологом станешь! А психологи, они, видишь, как красиво живут!"

"Лола хотела достойно ответить своему разговорчивому компаньону, но в это время открылась дверь кабинета, и из нее выскочил маленький, но очень толстый человек с красным лицом, густыми бровями и выпученными, как у вареного рака, глазами. Человечек пересек холл, размахивая руками и что-то неразборчиво бормоча себе под нос. Девушка в белом халате поднялась, низко поклонилась вслед толстяку, не обратившему на нее никакого внимания, и сладким голосом пропела:

– До свидания, ваше превосходительство!

– Это еще что за превосходительство? – поинтересовался Маркиз, когда шаги толстяка затихли.

– Как, вы не знаете? – изумилась девушка. – Ведь это президент Трансильвании! Он очень часто посещает Левона Саркисовича, можно сказать, ни одного серьезного решения не принимает, не обратившись к своему подсознанию!

– Странно, – пробормотал Маркиз, – если он президент Трансильвании, почему он проводит время не в своей Трансильвании, а в кабинете Левона Саркисовича?..

Девушка, видимо, не расслышала его слов. Она взглянула на дверь кабинета и радостно сообщила:

– Можете пройти к Левону Саркисовичу.

Если холл смутно напоминал сказки «Тысяча и одной ночи», то кабинет гипнотизера смело можно было сравнить с пещерой Али Бабы. Ковры на стенах и на полу, инкрустированная мебель, всевозможные безделушки на столиках и стеллажах…

Меньше всего эта комната напоминала медицинский кабинет.

– Здравствуйте, мои драгоценные! – Навстречу посетителям поднялся из-за черного с золотом стола черноглазый мужчина с голой, как колено, головой, тускло отсвечивающей в свете хрустальной люстры, и густой черной бородой. Глаза гипнотизера, как и следовало ожидать, сверкали, как два черных бриллианта, и сверлили вошедших, как две высококачественные бормашины, напрямую проникая в их подсознание. – Здравствуйте! Чем могу вам помочь?

– Понимаете, Левон Саркисович, моя подруга забыла одну весьма важную вещь и никак не может ее вспомнить. Вот мы и обратились к вам в надежде, что вы поможете ей, так сказать, освежить память…

– Превосходно, мои бриллиантовые! – гипнотизер потер маленькие ручки.