Наконец дверь открылась, и перед Леней появился худой невысокий мужичок с зачесанными на лысину темными волосами, одетый в драные голубые джинсы и засаленную тельняшку.

– Ты от Олега? – осведомился мужичок, вытирая руки грязным вафельным полотенцем и окидывая гостя быстрым оценивающим взглядом. Сейчас пойдем смотреть, милое дело. Но только ты имей в виду – на нее желающих до фига, в очередь стоят, милое дело! Так что тысяча сто – это последняя цена, тут не о чем и базарить… и то это только для тебя, милое дело, считай как для своего, потому ты от Олега…

– Да я, вообще-то… – попробовал Маркиз вставить хоть слово, но хозяин квартиры снова зачастил:

– Ты не сомневайся, она не битая, краска у нее родная, милое дело, а пробег всего сто сорок тысяч, так что тысяча сто – это за нее самое малое… ну, уж тысяча – это самая последняя цена, милое дело! Как для своего!

– Да я не… – снова попытался прервать его Маркиз, но эта попытка тоже не увенчалась успехом."

"– А если кто тебе говорил, будто она после аварии – так ты тому человеку плюнь в лицо, милое дело! Это разве авария была? Да мы так только, считай, бамперами поцеловались, милое дело! Это разве авария? Я после того и поменял-то всего ничего – фары, да бампер, да левое крыло – милое дело! Она считай как новая, и пробег всего сто сорок… а спидометр не скрученный, ты не сомневайся, так что тысяча – самая хорошая цена, милое дело! Ну, уж девятьсот – это последнее слово, как для своего!

– Стой! – крикнул Маркиз, отчаявшись прервать разговорчивого хозяина мирными средствами. Не нужна мне твоя машина!

– Как это не нужна? – хозяин заметно обиделся. Да это такая ласточка, милое дело! Она еще десять лет будет бегать, как муж от алиментов, милое дело! Да ты ее еще не видел, а уже говоришь не нужна!

– Да я вообще по другому делу! – Маркиз потеснил хозяина, пытаясь войти в квартиру.

– А если она тебе не нужна, – мужичок набычился и заступил гостю дорогу, – а если ты ее не хочешь покупать, так на фига ты мне голову целый час морочишь? Милое дело! Я ему тут соловьем разливаюсь, цену снижаю, как своему, время свое трачу, а он и не думает ее покупать! Какого же рожна ты приперся? Ты вообще, милое дело, кто такой?

– Сидорчук Виктор Анатольевич – это вы будете? – осведомился Леня сухим официальным тоном.

– Мы будем, – отозвался мужичок гораздо тише.

Официальное обращение и строгий тон произвели на него впечатление, и он посторонился, пропуская Леню в квартиру. – А что, извиняюсь, произошло?

– Произошло дорожно-транспортное происшествие! – ответил Леня еще официальное.

– Какое-такое происшествие? – засуетился хозяин.