Он заметил на тенистой аллейке уединенную скамеечку, привязал Пу И к ножке и набрал нужный номер на мобильнике.

– Я недоволен! – послышался голос заказчика.

– Я тоже, – спокойно ответил Маркиз, – более того, я очень удивлен.

– О чем вы говорите? – заказчик повысил голос. – Вы можете объяснить, отчего сорвалась операция?

– Оттого, что вашего человека убили, – ответил Маркиз, – вы разве не в курсе?

– В курсе, – угрюмо сказал заказчик, – однако это… Вас мне рекомендовали как надежного и умелого человека.

– Мне вас тоже рекомендовали как человека опытного и осторожного, – перебил Леня, – я со своей стороны выполнил все обязательства – добыл капсулу. Когда же я по договоренности собирался передать ее вашему человеку, оказалось, во-первых, что за мной следят, а во-вторых – вашего человека убили, и вместо него мою партнершу ждал кто-то другой, возможно – сам убийца. Кто мог знать, что встреча назначена в гипермаркете?

Телефон они прослушать не могли, я был очень осторожен.

– Это исключено, – согласился заказчик.

– Кто мог знать, что ваш человек – от природы рыжий, – продолжал Маркиз, – потому что убийца появился перед моей партнершей в рыжем парике. Мы с ней работаем только вдвоем, за нее я ручаюсь, стало быть, утечка информации где-то у вас…

– Пожалуй… – протянул заказчик, – вы меня почти убедили… И что вы предлагаете?

– Девушку чуть не убили, – сурово сказал Маркиз, – я не могу рисковать ее и своей жизнью. Наши обязательства остаются в силе, я принял заказ и готов передать вам товар, как только вы меня убедите, что это безопасно. То есть вы должны выяснить, кто охотится за товаром и желает получить его так сильно, что даже готов убивать. Вы знаете мое кредо: никакого насилия, так что пока я вынужден товар придержать. Я позвоню вам через три дня, нет, пожалуй, через четыре, – Леня вспомнил, что в перспективе у него поиски восьми медведей. – Ищите протечку в близком окружении…

– Я разберусь, – сухо сказал заказчик и отключился.

В это время Маркиз повернулся и заметил, что Пу И каким-то образом удалось отвязаться от ножки садовой скамейки, и теперь паршивец несется по алее к видневшейся вдалеке очаровательной мальтийской болонке.

– Пу И, стой! – заорал Леня и бросился следом.

Однако не тут-то было. Пу И, движимый низменными животными инстинктами, сделал вид, что не слышит сурового окрика хозяина, на полном скаку подлетел к болонке и, судя по всему, покусился на ее честь. Болонка, может быть, была бы и не против, но ее смущало присутствие хозяйки. Положение обязывало разыгрывать неприступную невинность. Она взвизгнула и отскочила с таким видом, как будто ее преследует, по меньшей мере, шайка разбойников.