— Как заработать? — уточнила Арина Родионовна.

— Страховка жизни, — просто ответил я. — Скорее всего, у колдуньи нашлись знакомые в конторах, которые за долю застраховали бы девочку на большую сумму."

"— Десять тысяч, — добавил Иванов. — С учетом, что семья Потемкиных ни с кем не враждует, а Софья не бретер и не увлекается дуэлями. И да, это знакомые Малого помогли все оформить.

— Десять тысяч цена жизни девочки, — покачала головой Нечаева.

— Увы, таковы реалии, Арина Родионовна, — вздохнул я. — Так вот. Падчерица поняла, что дни ее сочтены. И решила действовать на опережение. Думаю, она пыталась говорить с отцом, но князь впал в приступ хандры и попросту не поверил дочери. А может быть, мать умело настраивала отца против княжны. Думаю, это не так важно. Извести мачеху девочка не решилась. Остался последний вариант.

— Бежать из дома, — произнесла Нечаева.

— Не совсем. План был хитрее. Нужно было изобразить похищение, после которого девочку бы в кратчайшие сроки объявили мертвой. Тогда мачеха бы получила страховку и прекратила розыски золотой падчерицы. И княжна бы начала новую жизнь. Благо, умений девочке было не занимать, да и знакомые имелись. Так что она бы не пропала. В компании с подругой и одним из охранников они исполнили этот план. Для достоверности Литвинова даже оглушили, думая, что эксперт обнаружит на тропе след природника и все свалят на него. Но две девочки не учли, что Литвинова могут сделать крайним. Что и произошло. В их плане был еще один изъян, но о нем я расскажу позже.

— А кровь? — уточнила Нечаева.

— Подруга княжны, которая участвовала в этом мероприятии, была природницей. Поэтому дальше была жутковатая фаза мазохизма. С нанесением ран, истечением кровью, и затягиванием поврежденией с помощью природницы. Думаю, что при этом девицы использовали какой-нибудь артефакт, который помог Софье остаться живой. Все же в старых семьях есть хранилища со всяким добром. А дальше дороги подруг разошлись. Процедура кровопролития затянулась, и природнице срочно нужно было возвращаться, чтобы не привлечь внимание. А княжна отправилась к домику, где должна была пересидеть несколько дней, пока не уляжется шум. Она вышла к домику и провела там ночь. А утром, на тренировке, ей не повезло. И она наткнулась на змею. Которая ее укусила. В лихорадке, княжна вышла к реке, где потеряла сознание. И так ее нашли монахи.

— Которые по доброте душевной забрали ее в монастырь, а там уже проведали про дар, — проговорил завороженный сказкой Фома.

Я покачал головой:

— Не совсем. Полагаю, что они поняли все еще на берегу. Какой-нибудь хворый вдруг исцелился, и поэтому монахи ее и забрали. Но это мои предположения. А клеветать на слуг Синода я не стану.