Так Навия узнала о детстве и юности Аликаны, её проказах: девочка была очень подвижная и бойкая. Об учёбе в академии, которую Аликана почти игнорировала и с трудом получила диплом мага-бытовика, хотя её способности позволяли гораздо большее. Но, к сожалению, уже в академии она влюбилась, и чтобы привлечь внимание начала делать глупости. Но её попытки остались без внимания и Аликана начала «мстить», встречаясь со всеми подряд.

Графиня же узнала о новых методах заживления ран от боевых пульсаров, о работе Навии на границе и боевых стычках с соседним королевством.

Вражда с ним тянулась уже не одно столетие и оба правителя не намерены были отступать. Графиня Ильзена охала, ахала и постоянно приговаривала: надо же, милочка; досталось вам, милочка; сочувствую вам, милочка; вы молодец, милочка.

И обе дамы не трогали тему Дарины, молчаливо соглашаясь, что надо привыкнуть, подождать. По вечерам графиня рано уходила к себе в покои. А у Навии начинались часы общения с советником. И это было волшебное время. Она обычно поджидала его в гостиной. Потом они делили поздний ужин. А потом подолгу разговаривали, узнавая друг друга, делясь друг с другом, поддерживая друг друга.

Им обоим понравилось сидеть на балкончике малой гостиной и делиться событиями дня. Выслушивая и комментируя, ненавязчиво советуя. Причём садились они не на отдельные кресла, а на небольшой диванчик и в процессе разговоров как-то незаметно придвигались ближе к друг другу. А в последние дни герцог и вовсе стал брать Навию за руку и поглаживать её. И отнять руку ей совсем не хотелось. Хотелось наоборот положить голову на плечо мужчине и позволить ему решать все её проблемы.

"

"Оба понимали, что между ними рождается серьёзная симпатия, влечение. Но и оба понимали, как много их разделяет. В один из таких вечеров внезапно возникла тема договора о помолвке. Начал её советник:

– Нави (они уже несколько дней обращались короткими именами, как-то само получилось), а вы видели текст договора наших родителей?

– Да. Когда Отец Далем вернул мне его, он в моих руках сам открылся, и я его прочитала. Там сказано, что помолвка возможна при взаимной симпатии и взаимном желании. То есть, совсем неволить они нас не собирались.

И я поняла, что договор можно отменить.

Навия хотела отвернуться и не видеть сейчас его глаза, чтобы не прочитать там приговор своим невольным надеждам. Но мужчина решил по-другому. Одной рукой обняв её за талию, он притянул Нави к себе, а другой взял за подбородок и повернул её голову, чтобы смотреть в глаза. Наклонившись к ней и мягко целуя в губы. Он спросил:

– А если я не хочу ничего отменять? Нави, – и он неожиданно перешёл на «ты».

Он провёл пальцами по её лицу, повторяя рисунок бровей, скул, губ.