— Воры поставили, ворам виднее…

— Да чего уж там, воры поставили — тебе и карты в руки…

Макар ядовито засмеялся.

— Сейчас я всех здесь на место поставлю!

Трофим ухмыльнулся. Чиф на фоне Макара выглядел лучше не только внешне.

Прибежал кто-то из блатных, и сообщил Чифу, что могилу перенесли. Трофим посмотрел на Чифа и покачал головой:

— Непорядок.

Чиф бросился звонить тем, кто за очень не плохие деньги предоставил это почетное место.

Мэр города вышел по телефону на председателя Думы города, и подробно обрисовав ситуацию, попросил подкрепить свое решение, решением Думы. Председатель Думы начал вилять в разговоре и мэр совершенно отчетливо понял, что в данном вопросе он остался вместе с Юрьевым один на один против криминалитета, подкупленных ими чиновников и просто тех, кто представляя закон, все же боялся выступить против криминала. Но свое решение он принял и менять его не собирался, считая, что не имеет на это морального права. Буквально тут же посыпались телефонные звонки с требованиями отменить это решение. Как только мэр дал указание секретарше не соединять его с кем бы то ни было, как тут же в его кабинет вошел председатель совета предпринимателей города и буквально набросился на мэра:

— Владимир Георгиевич, отмените свое решение! Хороним не последнего в городе человек. Такие люди приехали на его похороны! А вы своим единоличным, ничем не объяснимым решением, ставите нас в неудобное положение. Вы же знаете, как много он сделал для нашего города!"

"Мэр действительно знал, что Фикса как-то выделил в фонд строительства городского храма пятьсот долларов. Явное желание показать себя в хорошем свете возымело действие. Сие событие широко было освещено в местной прессе, и простому обывателю вымогатель и бандит Дмитрий Козлов тогда показался настоящим благотворителем. Цену воровским деньгам, вложенным в храм, знали только коммерсанты, у которых и вымогал деньги Фикса, выбивая у торговцев зубы и ломая ребра…

— Я свое решение менять не собираюсь, — глядя в глаза Ершову, твердо сказал мэр.

— Тогда советую побеспокоится за своих близких, — прошипел Ершов и вышел из кабинета.

Мэр тут же позвонил домой и проинструктировал домочадцев, что бы те никому не открывали дверь. Даже если это будет милиция.

После этого он, закончив неотложные дела, приехал домой, забрал своих и уехал на дачу, решив воспользоваться приемом Колесова — просто исчезнуть пока на время, сообщив о своем местонахождении только Юрьеву. Но на даче он пробыл в спокойствии ровно двадцать минут. Его все же нашли. На двух джипах приехали Колесов, Гасанов и снова Ершов. Ершов из машины выходить не стал, а остальные подошли к мэру и тепло поздоровались за руку.