– Одно время я был порядком ею увлечен, – признался дед, – и Мадлен отвечала мне взаимностью. Я собирался сделать ей предложение, но твоя бабушка… Стоило мне ее увидеть, как я осознал: передо мной любовь всей моей жизни.

– А что же баронесса?!

– Она все поняла, – пожал дед плечами. – По крайней мере, сказала мне, что не станет мешать нашему счастью. Но мне было жаль узнать, что Мадлен так и не встретила свою судьбу и не вышла замуж.

– Быть может, потому что вы, дедушка, тоже были любовью всей ее жизни? – спросила я осторожно.

К удивлению, он не кинулся мне возражать и даже не стал ничего отрицать.

– Мне кажется, Мадлен до сих пор питает ко мне… некоторые чувства, – признался вместо этого.

– А вы к ней? – с надеждой спросила я, внезапно загоревшись идеей пристроить деда в хорошие руки.

Потому что баронесса Мадлен Дорсетт, пусть я ее и не знала, но которая сначала отвечала деду взаимностью, а потом пронесла это чувство через долгие-долгие годы, – так вот, она казалась мне как раз теми самыми «хорошими руками».

– Посмотри на меня, Кэрри! – нахмурился дед. – Я – старый и замшелый пень, к тому же с больным сердцем.

О чем тут можно говорить?! К тому же я застыл на пороге разорения. И пусть я отгоревал свое по Вирджинии, твоей бабушке, но мое время давно уже прошло. Так что не стоит об этом даже говорить!

Но меня так просто было не заткнуть.

– Я отлично помню, как на нас напали Адские Гончие, и вы, дедушка, спасли мне жизнь, потому что дрались как лев! – вот что я ему сказала.

– Все было совсем не так, Кэрри! – попытался возразить он.

Но я не стала его слушать, продолжила с энтузиазмом:

– Все, что вы делаете, у вас получается – и плантации в наших колониях, и алмазные прииски.

И пусть время от времени случаются мелкие неурядицы – ну что же, они есть в любых делах. Так что даже не смейте в себе сомневаться! У вас есть то, что предложить баронессе Дорсетт, потому что мой дед – успешный во всех планах мужчина, и возраст у вас самый что ни на есть замечательный!

Но он лишь отмахнулся, после чего впал в глубокую задумчивость. Молчал до самого нашего приезда в имение Мадлен Дорсетт.

Вот и я впала примерно туда же, размышляя о словах Куратора и о том, как сказать Нейтану, что мы с ним больше не должны…

Вернее, ему нужно оставить меня в покое, потому что я ему не подхожу.

Нет же, если я скажу подобное, то Нейтан примется расспрашивать, что произошло и каким образом я пришла к такому выводу. Не могу же я ему признаться, что принадлежу к адским монстрам, но к немного другим, потому что сама являюсь порождением магической аномалии?!

Нет же, мне надо придумать историю, в которую он обязательно поверит! Я должна это сделать как можно скорее – лучше всего сегодня.