Но это казалось мне куда менее вероятным.

Выходит, он расправился с ней и её командой? Зачем? Они были нашими врагами? Явились убить нас? Значит, и эта девушка напротив — тоже враг? Прислана кем-то, чтобы остановить меня и не дать добраться до цели?

Поняв, что та по-прежнему испытующе смотрит на меня, ожидая ответа, я постарался изобразить на лице сожаление.

— Я ничего не слышал и не видел. Горы большие. Твоя сестра запросто могла оказаться далеко от меня.

Сделав глоток чая, вновь посмотрел на девушку и уточнил.

— Зачем она вообще туда пошла? Там же ничего нет.

Лада горько усмехнулась, пряча серебряное украшение обратно под скорницу.

— Она оттуда не вернулась. Значит, что-то в горах точно есть. Какая-то тварь, что забрала её жизнь.

Отвернувшись в сторону, схватилась за кружку с чаем. Тогда как её спутник задал вопрос, который я опасался услышать.

— Кстати, а как ты сам оказался в этих горах? Где жил до этого?"

"На случай подобного интереса со стороны окружающих, у меня имелось сразу несколько версий ответа. Каждая из которых казалась в той или иной степени убедительной. Но ни одна из них не предполагала, что я буду говорить с девушкой, чья сестра сгинула на той же самой горной гряде. Скорее всего, она именно поэтому и находилась в лесах, где не так много Древних городов. Пыталась отыскать следы.

Открытой атаки с их стороны я не слишком опасался. Да, они были искателями и наверняка умели немало. Но я хорошо ощущал их ауры — по уровню силы оба точно не превосходили меня. Если же добавить в уравнение Снежка и мои «особые техники», шансов расправиться со мной у этой пары почти не было. К тому же затевать бой на чужой земле стало бы с их стороны крайне опрометчивым решением.

Но они могли выложить свои подозрения местному правителю. Или кому-то из его приближённых. Например, Ясину. А ещё я чувствовал слабую ауру управительницы гостевого дома. Владеющей она не была, но сейчас находилась совсем рядом, стоя около выхода из кухни, и пыталась подслушивать.

— Родители толком ничего не рассказывали. Но, как я теперь понимаю, хотели от кого-то укрыться.

Этот вариант был одним из самых размытых и откровенно слабых. С другой стороны, отыскать в нем очевидную ложь было практически невозможно. Почти на любой вопрос я мог ответить, что ничего не знаю, а сами родители угодили под лавину и их уже не спросить. Самым проблемным местом в подобном варианте оставалось моё обучение, но тут у меня тоже имелись аргументы.

Правда, пускать их в ход не пришлось — ещё озвучивая слова ответа, я почувствовал приближение знакомой ауры. А когда договорил, в обеденном зале послышались звуки шагов и спустя несколько секунд, слева от меня послышался девичий голос.