Как он прикоснулся бы губами к её губам, как она была бы окутана его ароматом в этот момент. И что испытывала бы — пьянящий восторг или оторопь? Всё это множество раз представляла Ева, но реальность оказалась очень далёкой от её выдумки.

Она чувствовала, что Адам делает это намеренно, как искусный актёр перед публикой. К его словам она мало прислушивалась — мешал шум в ушах. Но всё же понимала вдруг проснувшимся не вовремя женским существом, что Адам пошёл на это не потому, что у него вдруг возникло такое желание. Нет, он преследовал какие-то свои цели, а она была всего лишь инструментом в их достижении.

Ева смогла сделать первый свободный вдох только когда они оказались наедине, скрывшись от взглядов окружающих. Но мгновением позже поняла — думать, что теперь она в безопасности — огромная ошибка. Вовсе не суждений разряженных в пух и прах гостей ей следовало опасаться. Тот, от кого Ева должна была бы бежать без оглядки, находился рядом с ней, в нескольких сантиметрах.

— Кричать от восторга, что мне выпала честь стать вашей невестой? — уточнила она, растягивая губы в насмешливой, как ей казалось, улыбке. — Скажите, а вы не привыкли спрашивать у женщин о таких вещах? Знаете, у меня для вас есть новость, которая может быть вам неприятна, но уверена, вы с ней в итоге смиритесь. Не все хотят за вас замуж."

"Она замялась, не желая переходить грань. Нет, если Левандовский сейчас сообщит ей, что это всё шутка — она даже не расстроится. Просто не из-за чего, ведь она совершенно не желала выходить за него. По крайней мере, не таким способом. Стать его супругой на краткое время, пока он использует её в своих целях… а после? Что будет после? Он предложит ей какую-то сумму за эти услуги? Разведётся с ней и отпустит на все четыре стороны? Даже от мыслей таких становилось как-то горько и неприятно.

— А вообще, раз уж даже ваши партнёры уже увидели ту безумную страсть между нами, то нам самое время пожениться.

Она никогда не умела язвить, не получилось и в этот раз. Но чудовищная растерянность, которую испытывала в этот момент Ева, выбила её из колеи. И Левандовский, стоящий рядом, всё такой же безумно привлекательный и сексуальный, уверенности ей не прибавлял.

Тем более, когда она знала, что он хочет на ней жениться.

Тем более, когда понимала, что всё это понарошку.

— Так что выпьем за это!

Она схватила со стоящего рядом с диванчиком столика какой-то бокал невпопад, осушила его залпом так, что из глаз брызнули слёзы.