Естественно, я задавалась вопросом: «Почему он не пойдёт на него с Вероникой?». И была не настолько дурой, чтобы его озвучить. Что и говорить, я была в восторге от того, что иду на столь важное мероприятие с боссом, но делиться этой неуёмной радостью ни с кем не торопилась."

"Убедившись, что на часах всего восемь вечера, я погрузилась с головой в роман «Бухта наслаждений», который совершенно незаслуженно забросила за последние несколько дней, остановившись на самом интересном месте. Главный герой как раз предстал перед Эбигейл в виде шейха, но при этом был тем, кого она любила, ну и заодно скрывал в себе ещё несколько персонажей повествования. В наше время ему бы поставили диагноз — диссоциативное расстройство личности, в романе же он был безумно притягательным и сексуальным, готовым на всё ради любви.

Он до боли напоминал мне Адама. Казалось, в Левандовском тоже скрыто столько разных масок, что узнать и десятую их долю не под силу за всю жизнь. Впрочем, ключевое слово в этом всём — «казалось».

Раздался звонок в дверь, и я нахмурилась. Для визита Оли рановато, а учитывая, что подруга у меня любит опаздывать на час-другой, и вовсе предположить, что это она, невозможно. Родители уехали на пару дней к друзьям на дачу, да и у них есть свои ключи. А больше предположений, кто это мог бы быть, у меня не имелось.

Я взглянула в глазок и чертыхнулась. За дверью стоял Вадим. Мой несостоявшийся жених, с которым мы встречались целый год и с которым впоследствии расстались так, будто это было само собой разумеющимся.

— Ева! — воскликнул он, едва я открыла дверь. — Как хорошо, что ты дома.

Я так уже не думала, но на всякий случай кивнула. Вдруг Вадик удовольствуется этим и исчезнет, будто и не появлялся.

— Что-то случилось? — уточняю я, когда пауза в разговоре слишком затягивается. В квартиру я его, естественно, не приглашаю — дел хватает и без Вадима.

— Нет, ничего. Просто соскучился, — отвечает он.

А я, вместо того, чтобы сказать: «Поздравляю», — тяну что-то вроде: «А-а-а-а!».

Так проходит ещё пара минут, по истечении которых я вновь подталкиваю Вадима к продолжению беседы. Ведь не зря же он пришёл, верно?

— Ну хорошо, что соскучился. А хотел чего?

— Ты не рада меня видеть?

«Очень» рада! Прямо так, что аж зубы от этой радости сводит. У меня сейчас миллиард дел, незаконченная книга, которую я хочу дочитать сегодня, и все мысли — о Левандовском и о том, как не опозориться завтра на приёме, а тут Вадик…

— Конечно, рада. Но просто сейчас я занята немного. Прости.

— Понятно. А я хотел тебя в кино позвать.

— В кино?

— Да, в кино. Или ты не хочешь? Тогда в кафе.

— Подожди… с чего вдруг всё это?

— Я же говорю — соскучился.