Знают ли о чём-то в ближайшем окружении Адама? Что предпримет сам Левандовский, когда узнает о звонке Вероники и о том, на что я собиралась согласиться? Миллион вопросов атаковали меня со всех сторон, пока я сидела за столом в приёмной и смотрела прямо перед собой невидящим взглядом.

Стрелки на часах показывали пятнадцать минут пятого, когда я всё же набрала номер Вероники.

— Слушаю! — откликнулась она сразу же, что заставило меня взять паузу прежде чем ответить.

— Я подумала о том, что ты мне предложила.

— И?

— Какие у меня будут гарантии?

— А какие тебе нужны? Здесь же всё просто.

— Я так не думаю.

— И зря. Фогель получит разработки и выпустит тот самый продукт. Это полностью удовлетворит его. В остальном — после Адам может заниматься хоть сотней инноваций.

— Больше похоже на мерение мужскими достоинствами.

— Так и есть. Мальчики вырастают, но всё равно продолжают играть в игры «у кого пистолет больше». Только цена у таких игр непомерно высока.

Я поморщилась, когда Веронику увело в сторону философии. Мне не было никакого дела до каких-то мальчиков, важен был весьма конкретный мужчина, и за то, чтобы у него и дальше было всё хорошо, я готова была заплатить ту самую непомерно высокую цену.

— Хорошо. Во сколько и где мы сегодня встречаемся?

— О, я рада, что ты поняла всё правильно. Я свяжусь с Фогелем и назначу вашу встречу часов на шесть вечера. На набережной у ротонды где резиденция подойдёт?

— Да. Вполне. Я буду в шесть.

— Хорошо, тогда я звоню ему. — Она сделала паузу и проговорила почти неслышно: — Спасибо, Ева.

Отключая сотовый, я понимала, что раздрай, в котором пребывала всё это время, приобрёл какие-то космические размеры.

Последнее сомнение в том, что я всё делаю правильно, появилось у меня когда я распечатывала документы в кабинете Левандовского. Я не собиралась пользоваться паролем от личного компьютера Адама, который он сказал мне, очевидно, полностью доверяя, если бы не обстоятельства."

"Заперев за собой дверь, я прислонилась к ней, слыша, как в висках бешено стучит пульс. Прикрыла глаза, и быстро, чтобы не передумать, направилась к столу.

Мне хватило десяти минут, чтобы найти нужный файл, распечатать его, вложить в папку и выключить компьютер. Теперь дело оставалось за малым — убедить себя, что должна сделать последний шаг, который состоял во встрече с Фогелем. И забыть обо всём хотя бы на пару дней. Это потом я во всём сознаюсь Левандовскому, сейчас же мне просто нужна пауза, чтобы разобраться с тем состоянием, в которое меня погрузили переговоры с Вероникой. Состояние какого-то безумного хаоса, из которого было невозможно вычленить хоть что-то разумное.

Набережная была погружена во мрак.