– Ты предлагаешь встать и побежать в сторону нашей машины?

– Да, только нам придется не бежать, а ползти, – Ползти?

– Конечно, давай, ты первая, а я за тобой.

– Тогда поцелуй меня на прощанье.

– На какое прощанье, что ты несешь? Давай ползи вперед.

– Поцелуй меня, а то никуда не поползу.

Бульдог крепко меня поцеловал, и я почувствовала, как в его штанах зашевелилось кое-что довольно упругое и жесткое.

– Что это?

– А ты сама как думаешь?

– Я думаю, что это огромное орудие хочет очутиться во мне…

– Так точно. Давай ползи.

Бульдог подтолкнул меня вперед, и я поползла. Если честно, то раньше мне никогда не приходилось ползать по сосновому лесу. Иголки, лежащие на земле, больно впивались, я ободрала себе ладони и громко застонала.

– Чупа, ты что?

– Я себе уже все руки проколола.

– А ты как хотела?

– Да я вообще никак не хотела.

Неожиданно позади нас раздался шум. Я оглянулась, Бульдог с ужасом посмотрел в ту же сторону. Прямо на нас ехал корейский джип с включенным дальним светом.

Я встала и смотрела на него как завороженная, боясь пошелохнуться. Джип постепенно набирал скорость. Бульдог схватил меня за руку, и мы бросились бежать. Только бы добраться до конца поляны – там можно укрыться среди сосен, тогда джип нас не достанет! Шум мотора раздавался совсем близко. Бульдог оглянулся и изо всех сил отшвырнул меня в сторону. Я упала и услышала такой жуткий грохот, что на минуту оглохла. Затем появился какой-то непонятный гул в ушах, а дальше – темнота, тихая зловещая темнота и ни единого звука…

Не знаю, сколько я так пролежала, но когда очнулась, почувствовала дикую головную боль и тяжесть во всем теле. Словно меня били долгое время без передыху. Приподнявшись, огляделась вокруг. Платье было разорванным, из колена сочилась кровь. Я попыталась встать, но у меня ничего не получилось. Пришлось поднапрячься и преодолеть боль. С трудом поднявшись на колени, я отряхнула с себя грязь и посмотрела на поляну. Джипа нигде не было.

– Бульдог! Бульдог!

"" Мне никого не ответил.

– Макс! Макс! Ты где?! – позвала я громче.

От этой гробовой тишины мне стало не по себе, захотелось бежать как можно дальше. По щекам покатились слезы, тело затряслось от страха и беспомощности.

– Макс! Макс!!! Прошу тебя, отзовись Ну не молчи же ты, ради Бога!!!

Я встала и принялась суматошно бегать по поляне.

Мне казалось, что Бульдог лежит совсем рядом и ему требуется помощь. Необходимо срочно его найти – иначе может быть поздно. Я забыла, что такое боль и усталость.

Сколько кругов мне довелось сделать – не имею представления, но я заглянула под каждое дерево, обшарила каждый куст. Безрезультатно. Казалось, что Бульдог испарился, его нигде не было. Сделав еще пару кругов, я вновь села на поляну и громко заревела.