– И впрямь пустой! Откуда только такие мудаки вылазят?

– А что случилось? – осторожно интересуюсь я.

– Ты откуда взялся такой наивный?

– Аврал у нас… почти неделю с работы не выходили, даже спали там!

Один из подошедших, судя по отношению к нему окружающих, – тот самый командир, усмехается.

– Абзац всеобщий наступил!

– Война?

– Пока еще нет. Но не факт, что не наступит. Гражданское население почти все свалило, сегодня выезды перекрыли.

– А… а что же делать? Нас ведь должны вывезти тогда!

– Кому власть должна – всем простили! Пошли, ребята, у нас еще две точки остались.

Интерес ко мне утрачен: силовики пропуск вернули и разворачиваются спиной.

– Постойте! А как же магазин? Где я могу еды купить?!"

"– Вась, дай этому страдальцу че-нить.

К моим ногам падает пара банок консервов. И не оборачиваясь, автоматчики скрываются за углом.

Как-то это все… они же человека только что убили! Должна ведь приехать полиция, осмотреть тут все, протокол какой-то написать… А я? Что я должен делать? Свидетель? Но ведь толком ничего не видел!

Подобрав банки, обхожу мертвое тело и заглядываю в разбитую витрину. Да, тут ловить нечего. Похоже, магазин обчистили под ноль – полки пусты. Только несколько бутылок с минералкой валяются в разных местах. Что же, выходит, этот убитый чего-то там с силовиками не поделил? Вот они его и грохнули и нимало при этом не смутились. Блин, как-то стремно даже в магазин заглядывать… но нужно! Ведь по словам этих самых мужиков такое положение сейчас повсюду.

Перебираюсь через подоконник, стараясь не порезаться об осколки разбитого стекла. Так, бутылки убираем в сумку! Что тут еще есть? О, сигареты! Так я ж не курю! А вот тут вовсю заголосила внутренняя жаба: «На халяву же! Хозяев нет – бери!»

Ищу глазами терминал, сжимая в руке кредитную карту. «Ты че, баран?! Охренел? Какой, на хер, терминал – тут мертвяк у входа валяется!» М-м-да… что-то я вправду… малость того. Карту в кошелек, кошелек в карман. Блок сигарет туда же – в сумку!

Хлеба нет. И консервов тоже больше никаких. Тут, похоже, не первый день шуруют – все повымели начисто. Воду не взяли: сомнительно, чтобы кто-то сейчас озаботился диетой. Ладно. Вот детское питание – пойдет? Ну, детям можно, значит, взрослым тоже не возбраняется. Однако хорош я буду, завтракая «Агушей»!

Что-то неслабо грохнуло за углом, враз оборвав мои размышления. Дурак, тут стреляют по-взрослому! Пора ноги делать!

Уже забежав в подъезд, вспоминаю, что же именно не давало мне покоя все это время. Шеврон у командира на рукаве. За все время своей недолгой службы в штабе батальона нагляделся я на всяких разных посетителей. Офицеры и солдаты, обычная пехота и всякие непонятные части – многие из них носили всевозможные нашивки и эмблемы.