А что, если сбежать? Выбраться отсюда, добежать до леса – там можно спрятаться! Если он все-таки ей развяжет ноги…

Оторвавшись от ее губ – Соня с трудом подавила желание стереть с них мокрый след, – Этьен снова отстранился и глянул на нее. Похоже, он сомневался. Прав Максим, актриса она никудышная… Не важно, самое главное – ни в коем случае не давать ему время на размышления!

Соня подняла свои босые связанные ноги прямо к его лицу.

– Развяжи, – произнесла она глубоким голосом.

Он скосил глаза ниже, под ее согнутые колени, туда, где темнели волосы ее лона.

– Если это последние мгновения моей жизни, – сказала она серьезно, заметив плотоядный блеск в его глазах, – то я не хочу их портить. Я хочу ими насладиться сполна.

Она бы удивилась, если бы он ей поверил.

Но он стал развязывать тугие узлы веревок.

За направлением этой веревки Соня проследила: Этьен бросил ее на пол, себе под ноги. Должно быть, и первая валяется там же.

– Помассируй мне ноги, – попросила Соня с нежным придыханием, томно прикрыв глаза, – затекли…

Он положил ее ноги себе на плечи и стал их медленно массировать, то одну, то другую, целуя их попеременно.

«Сейчас начнется тот же самый вояж, что и с руками, – все выше и выше. Больше у меня времени нет».

– Ай! – вскрикнула она. – Судорога! – Она схватилась за ногу. – Погоди, надо встать на нее!

Вот, она уже на ногах. На непослушных, деревянных ногах. Ничего, она попрыгает под предлогом судороги, разомнется немножко… Надо незаметно взять веревку, потом позволить ему себя обнять и – затянуть веревку на его шее. Задушить его она вряд ли сумеет, но хотя бы придушит слегка и успеет выбраться отсюда, пока он очухается. Соня прыгала на одной ноге и внимательно оглядывалась. Лаз из подвала был прямо над столом, она сидела к нему спиной. Значит, нужно забраться на стол, и с него уже…

– Прошло? – Этьен подозрительно смотрел на нее.

Что-то она подзабыла о том, что собиралась насладиться последними минутами своей жизни.

– Прошло, – с упреком ответила ему Соня. – Это все из-за тебя! Как ты мог такое сделать!

Как бы наклониться и поднять незаметно веревку? Она пошарила ступней и наступила на веревку, прихватив ее пальцами ноги.

– Смотри! – Соня, приподняв рубашку, положила другую ногу на стол и указала ему на лиловые следы пут.

Этьен мельком глянул, не особенно заинтересовавшись ее маневром, схватил ее на руки и посадил снова на стол. Что-то она сделала не так, и он снова насторожился и перестал ей доверять.

Молча и зло он опрокинул ее навзничь и, встав между ее ног, приподнял их, разведя ей колени локтями. Веревка, зажатая в пальцах Сониной ступни висела почти у его уха. Нельзя, чтобы он ее заметил…"

"Соня протянула ему навстречу свои тонкие, холодные руки.