– Я думаю, что Реми как раз собирается к тебе прийти, – рискнул ответить Максим и увидел по выражению лица детектива, что ответил правильно. – Я так понял, что у него есть вопросы ко всем.

– А ты – придешь? – Соня была откровенно настойчива, и Максим вдруг испугался. Испугался, что все начнется сначала, все то, что только начало утихать в душе – сердцебиения, головокружения, сны и полная бесперспективность отношений.

– Постараюсь, – уклончиво ответил он. На этот раз получилось холоднее, чем ему бы хотелось, и он был недоволен собой до отвращения.

Соня моментально почувствовала изменение в его тоне.

– Как хочешь, – с прохладцей ответила она ему. – В нашем доме тебе всегда рады, ты знаешь.

– Ну что, – теребил его Реми, – сделает?

– Она и так собирает у себя всех сегодня. Мы тоже приглашены.

– Мы не пойдем.

– Это почему? – удивился Максим.

– Мы к Жерару пойдем.

– Не понял… Мы… приглашены к Жерару? Но он вроде бы к Соне…

– То-то и оно. Мы пойдем без приглашения.

– То есть вы хотите…

– Залезть в его дом в его отсутствие.

– Вы для этого просили Соню созвать гостей?

– Чтобы избавиться от хозяина.

И заодно от его сына – они всегда к Соне парочкой ходят.

– А это законно?

– А в России это законно?

– Нет.

– Франция вроде бы не менее цивилизованная страна, чем Россия, – усмехнулся Реми.

– Так-так… А если нас кто-нибудь заметит?

– То вызовет полицию.

– И меня вышлют из Франции, а вас лишат лицензии.

– Смотря что мы там найдем.

– А что мы там ищем?

– Увидите. Так вы хотите поиграть вместе со мной в незваных гостей?

Максим на мгновение задумался. Детское удовольствие залезть в чужой сад и поиграть в казаков-разбойников его соблазняло неимоверно, но он действительно опасался неприятностей с полицией.

А, черт с ним, полезем. Если его, как нашкодившего мальчишку, вышлют из Франции – так у него будет хоть одно приятное приключение для воспоминаний.

Впрочем, культурная общественность Франции за него заступится. А то как же он приедет на последующие Каннские фестивали?

– Согласен, – ответил он коротко.

Глава 28

Они выехали в восемь вечера. «Во Франции обедают в восемь, – объяснял Реми. – Это следовало бы называть ужином, но ужин исчез из обихода вместе с самим словом.

То есть слово вы найдете в словарях, но его никто не употребляет за отсутствием самого предмета… Теперь у нас есть «завтрачек» – это то, что с утра, «завтрак» – это то, что днем, и «обед» – в восемь часов. Следовательно, даже если гости к Соне запоздают – в чем я, впрочем, сомневаюсь, особенно насчет Жерара, – то, пока мы доедем, дом будет наверняка пуст».

– Должен я понимать, что теперь вы подозреваете Жерара? – спросил Максим.

Предвкушение авантюры холодило внутренности.