— Куда собралась? — голос Артема звучит прямо у моего уха, посылая неприятные мурашки по коже.

Я резко дергаюсь в сторону двери, пытаясь проскользнуть под «преградой», но чувствую руку на талии. Артем вжимает меня в себя. Упираюсь ладонями в его грудь, пытаюсь отодвинуться, но он сильнее и взбешен до безумия. Или не только это?

— Ты — мой последний шанс, — горячее дыхание обдает мое ухо и заставляет поежится. Артем кусает мочку, вызывая у меня тошноту. Отворачиваю голову, но не помогает. Он проводит языком по моей щеке и направляется к губам.

Я резко поворачиваю голову в другую.

— О чем ты говоришь? — мой голос больше похож на писк.

Пытаюсь увернуться от назойливых губ. Сердце собирается вырваться из груди. К горлу подступает тошнота.

— Если твой муженек не заплатит сумму, которую я ему озвучил, то мы хотя бы развлечемся с тобой, — Артем сжимает свободной рукой мою грудь, а я задыхаюсь.

Вместо отчаяния, чувствую силу. Отталкиваю его и со всей силы врезаю ему между ног."

"Артем ловит ртом воздух, хватается за свое хозяйство, но не падает, только сгибается. Мне этого достаточно, я выскальзываю из ловушки его тела и со всей возможной скоростью мчусь к выходу.

Вот только и двух шагов не успеваю сделать — Артем толкает меня в спину. Я падают носом в пол. Из меня выбирает дух. Выдохнуть не могу. Даже попытка приносит невыносимое жжение в груди. Но не сдаюсь. Преодолеваю боль, делаю вдох и начинаю ползти, цепляюсь руками за ворс ковра. Бесполезно, Артем наваливается на меня. Придавливает к полу, так что не могу пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы продолжать двигаться.

— Кажется, ты хочешь поиграть раньше, чем твой муженек даст ответ.

Руки Артема начинают шарить по моему телу. Уже жалею, что выбрала этот наряд. Голая спина дает ему лучше из возможных пространств для маневра. Кожей чувствую все: жар его тела, дыхание, прикосновения. Через мгновение его грубые руки впиваются в талию.

— Знаешь, а ты всегда казалась мне сексуальной, — он хрипит у меня над ухом, пальцами проникая под ткань штанов.

Я начинаю извиваться, пытаюсь вырваться, вот только больше напоминаю себе кошку, которая пытается бороться с тигром, придавившим ее лапой. Но я не сдаюсь. Не могу. Я сейчас не одна. Мне нужно бороться за нас обоих. Руками нащупываю тело на себе, царапаю. Слышу шипение. Оно быстро прерывается, когда зубы впиваются мне в шею. Так сильно, что я не могу сдержать крик. Боль от укуса волнами расходится по телу, и я добавляю к ней еще одну. Кусаю губу, чтобы не доставить этому козлу еще больше удовольствия.

— Я всегда знал, что ты — дикая, — Артем усмехается и одной рукой проникает под ткать моих штанов. — Только носом воротила ото всех. А когда твой генерал появился на горизонте, для тебя вообще все существовать переставали.