Так и люди, если вдруг уходят в себя, становясь статичными как растения, и днями лежат, уткнувшись взглядом в изгибы трещины на стене, значит, они просто в другом мире. Точнее, в собственном сознании. Стороннему наблюдателю не понять, что за кошмары переживают они, находясь там, в глубине себя.

Из клиники Аню не забирали, дядька настаивал держать ее там, как своеобразный козырь в этой борьбе. Да она и не смогла бы сейчас находиться у себя, слишком много боли, а в родительском доме - слишком много вопросов, суеты, позора. Пренебрежения и жалости."

"Прошел кризис, а за ним и откат, отхлынуло все как волна, оставляя голый сухой песок и мусор воспоминаний.

Вот в этом мусоре, глядя на стену перед собой, она и копалась. Снова и снова перебирая в памяти годы своего брака, пыталась понять, почему все пошло так. Почему она на этой койке оказалась.

Где была допущена фатальная ошибка, она же делала все правильно?

Ею всегда гордились, была любимица, звездочка, а теперь она как... билет на ушедший поезд, ее используют как могут, лишь бы выбить компенсацию. Но ведь это ее жизнь, она же живой человек... За что с ней так?

Ее постоянно мокали в вину, как котенка в дерьмо носом.

Состояние ущербности привычным стало. Но то, что ей пришлось услышать от дядьки сегодня утром, захлестнуло Аню окончательно. С тех пор как он ушел, она дрожала и тихо плакала, отвернувшись к стене. Слезы скатывались в подушку, она их даже не вытирала.

***

Мать с ужасом смотрела на то, как сгорает ее дочь. Она давно уже раскаивалась, считая, что им не надо было вмешиваться в их жизнь, сами бы как-то разобрались. Анечка и без того как замуж вышла стала немного странная, а Борис стал наседать на нее, так совсем будто разум потеряла.

Но теперь брат уже просто выжимал из ее дочери последние соки.

Видя, что положение только ухудшается, женщина сделала единственное, что могла.

***

Андрей был крайне удивлен, услышав в трубке голос тещи. Звонили с незнакомого номера, сам не знал, зачем тот вызов принял. Хотел отбиться, но та вдруг взмолилась:

- Андрюша, не вешай трубку, выслушай, пожалуйста...

Его аж перекосило. Лучше бы отбился сразу!

Но женщина неожиданно заплакала:

- Плохо с Аней, плохо! Понимаешь!

- Сами довели дочь, уважаемая, - ответил он резко.

- Да, да! Андрюша, я знаю... Мы виноваты. Но я тебя умоляю! Плохо ей! Я боюсь отходить от нее, руки на себя наложит.

Твою мать! Его аж в жар бросило.

Очередной виток хитровы*банного шантажа?

Зажал трубку в кулаке, чтобы не сорваться на крик, выдохнул пару раз и спросил так спокойно, как мог:

- Зачем вы мне все это говорите? Я что могу сделать?

- Андрюша...

Он все-таки сорвался на крик.

- Ее лечить надо?! Я дам денег на лечение! Оплачу все!

Женщина снова заплакала, Андрей ждал, подозревая, что им снова денег мало.