Меня бесит, что я хочу тебя, красавица…

– Я никуда не собираюсь, но у меня такое чувство, что если бы я попыталась исчезнуть… ты бы остановил меня.

Сильное напряжение сковывает мои лопатки.

– Если ты думаешь, что я буду преследовать тебя, ты ошибаешься. Я сказал, что хочу трахнуть тебя, Виктория. Я ни черта не говорил о том, что хочу тебя. Разница большая.

– О, но ты хотел, Кэп. – Ее щеки краснеют от гнева. – За несколько минут до того, как твоя дочь подбежала к тебе в саду, ты ясно дал понять, чего хочешь.

Я заглушаю ее слова смешком, стараясь не замечать легкого прищура в уголках карих глаз.

– Хочу? – Моя усмешка далека от игривой. – Я сказал, что хочу тебя, красавица? – Я заставляю себя небрежно скользнуть по ней взглядом. – Хочу, но не твое сердце, не твою душу, не тебя. Мое желание – это где-то глубоко в паху, подстегиваемое теплым телом, с которым я могу поиграть.

– Ну и кто теперь лжец? – не сдается она.

Я ухмыляюсь сквозь гнев.

– Держись за эту частичку уверенности, и тебе будет хорошо, когда я разорву ее на куски.

Что-то тускнеет в ее взгляде, но она быстро справляется.

– Я и не знала, что ты такой мудак.

– О да, ты совсем меня не знаешь. – Мое дыхание опаляет ее лицо. – Не прикасайся ко мне. Не разговаривай со мной. Но главное – не смотри на нее.

Это ее заводит, напряжение мгновенно искажает ее черты, и впервые за сегодняшний вечер я вижу беспокойство.

– Ты хочешь, чтобы я бегала от трехлетнего ребенка? Отказать ей? Игнорировать ее, если она позовет меня?

– Ей два года. И – да.

– Через три месяца ей исполнится три, и твое «да» – это несправедливо, – парирует она.

Я тесню ее, и она, споткнувшись, отступает на шаг назад.

– Справедливо – это мнение, а твое мнение здесь так же бесполезно, как и твое слово.

Она плотно сжимает губы, прежде чем сказать:

– Что случилось с самым логичным из Брейшо, который умеет управлять своим гневом?

– Видимо, я был ослеплен блондинкой, – вылетает у меня.

Она проводит языком по зубам и отводит взгляд.

– Верно…

Я смотрю на нее, думая об одном: я не могу допустить, чтобы она бродила по коридорам дома, где может столкнуться с моей маленькой девочкой. В пятницу в нашей школе начались каникулы, так что в течение следующих семи дней, пока мы впятером не вернемся в школу, ей негде перекантоваться.

Меня это не устраивает."

"Поэтому, когда она проходит мимо меня, я пропускаю ее, позволяя ей думать, что наш разговор окончен, но тут же добавляю:

– Не выходи из своей комнаты на этой неделе, если только не захочешь вылететь со скоростью света. Не должно быть никаких признаков твоего существования.

Она колеблется секунду, прежде чем подняться по лестнице и исчезнуть из виду.

Убедившись, что она ушла, я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к остальным.