И если ты будешь продолжать принуждать меня, я выброшусь из машины.

Постукивание моих пальцев становится все интенсивнее, но я останавливаю себя от того, чтобы перекинуть ее через плечо.

Я сказал ей, что больше никогда не позволю ей думать о самоубийстве, но в этот момент я провоцирую её.

И хотя это может быть гнев, я не хочу, чтобы она действовала в соответствии с этими эмоциями.

Не сейчас. Никогда.

— Садись в машину, —ьповторяю я с напряжением, достаточным для взрыва страны.

— Я сказала...

— Я знаю, что ты, блядь, сказала. Я отвезу тебя к частному самолету и проинструктирую пилота, чтобы он отвез тебя обратно в Лондон.

— Ты... действительно позволишь мне вернуться одной?

— Я не хочу, но позволю.

Потому что впервые я ненавижу то, как она смотрит на меня. Это не страх, не раздражение или вызов.

Это отвращение, смешанное с гневом.

И я не готов узнать, выполнит ли она свою угрозу.

Я просто дам ей немного времени, чтобы остыть, прежде чем последовать за ней.

Она смотрит на меня подозрительно, но забирается в машину.

Во время всей поездки она скрещивает руки на груди и смотрит в окно, отказываясь произнести хоть слово.

Я тоже не провоцирую ее, предоставляя ей все необходимое пространство.

Как только она закончит свою истерику, она отыграется сполна.

Мы ждем час, пока самолет и экипаж будут готовы. Все это время она вставляет в уши наушники и игнорирует мое существование.

За один час я столько раз был близок к убийству, что это больше, чем в любое другое время в моей жизни.

Глиндон не смотрит на меня, когда поднимается в самолет, кажется, что она забыла о своем страхе перед полетами.

После того, как я убедился, что экипаж защитит ее своей жизнью, я нехотя спускаюсь и смотрю, как самолет уносит ее.

Я ударяю кулаком по боку машины.

Это не изгоняет ярость, бурлящую в моих венах. Пора выплеснуть ее на того ублюдка, который послал ей это видео.

Глава 36

Ашер

Что-то не так.

Я не знаю точно, что и почему, но я уверен, что это тревожные сигналы, когда моя жена обхватывает меня руками, ее дыхание неровное, а тело напряжено.

Ее пальцы рассеянно гладят мою грудь, но она не засыпает. Или разговаривает.

Она просто впала в транс. Фаза, в которой я не смог бы найти ее, даже если бы попытался.

Это навевает ужасные воспоминания о том, как она обходила меня стороной, отдалялась от меня и оставляла меня в порыве агрессии, когда все, чего я хотел, — это ударить все, что движется поблизости.

Но мы прошли этот этап. Уже более двадцати шести лет.

После того, как мы официально стали вместе, бывали моменты, когда Рейна расстраивалась из-за мелочей и предпочитала использовать свою раздражающую привычку создавать дистанцию между нами.

Мы говорили об этом в первые несколько месяцев, и я научил ее никогда больше так не делать.