Находясь на определенной высоте, ей показалось, что они на одном из полюсов земли, весь пейзаж был покрыт льдом, но это была эта планета; другие создания, меньше, с длинными пальцами и разноцветными глазами, работали на огромном космическом корабле. Когда она пыталась обсудить с ним что-нибудь, образы исчезали или их заменяли другие. Брида поняла своей женской душой, что этот мужчина прилагает сейчас все усилия, чтобы показать ей все то, что он изучал в течение стольких лет, и что он, должно быть, хранил это все время, чтобы только подарить ей. Он мог слиться с ней без страха, потому что она была его Второй Половиной. Она могла путешествовать с ним по Елисейским Полям, где живут освещенные души и куда приходят иногда души, которые еще в поиске света, чтобы испить надежду.

Она не могла определить, сколько прошло времени до того момента, пока она снова не оказалась рядом со светящимся человеком внутри круга, нарисованного ею же самой. Она уже чувствовала любовь раньше, но до этой ночи любовь означала еще и страх. Это страх, каким бы малым он ни был, всегда был словно свеча; она могла видеть сквозь него почти все, кроме цветов. А в тот момент, когда ее Вторая Половина стояла напротив, она поняла, что любовь была чувством, очень похожим на цвета, как если бы они были тысячами радуг, наложенными друг на друга.

«Сколько же всего я потеряла из страха потерять», – подумала она, смотря на радуги.

Она лежала, над ней был человек, озаренный светом, со светящейся точкой над левым плечом, из ее чрева и головы исходили лучи блеска.

– Я хотела поговорить с тобой и не могла, – сказала она.

– Это из-за вина, – ответил он.

Это было для Бриды каким-то далеким воспоминанием: бар, вино и чувство раздражения на что-то, что она не хотела принимать.

– Спасибо за видения.

– Это были не видения, – сказал озаренный светом человек. – Ты видела мудрость Земли и далекой планеты.

Брида не хотела говорить об этом. Она не желала занятий. Она желала только того, что пережила.

– Я тоже освещена светом?

– Как и я. Тот же свет такого же цвета, как и у тебя. И те же энергетические поля.

Цвет сейчас был золотым, а энергетические поля, которые шли от ее чрева и головы, были цвета ясного неба и блестели.

– Я чувствую, что мы были потеряны, а теперь мы спасены, – сказала Брида.

– Я устал. Мы должны возвращаться. Я тоже много выпил.

Брида знала, что где-то существует другой мир: с его барами, пшеничным полем и автобусными остановками. Но она не хотела возвращаться в него, все, чего она желала сейчас, – это остаться здесь навсегда. Она слышала далекий призывный голос, пока свет вокруг нее становился слабее, а потом угас полностью. Огромная луна снова зажглась в небе, освещая поле. Они были обнажены. Их тела сплетались в объятиях.