Сцены сменились храмами, заключенными в скалах рядом с морем, небо стало покрываться черными облаками, из которых пробивались яркие лучи.

«Возвращайся оттуда», – сказал голос.

– Возвращайся, возвращайся, – сказал голос в телефоне. Это была Уикка. Брида была раздражена, потому что та нарушала такой фантастический опыт, чтобы снова поговорить о водопроводчиках и швейцарах.

– Минутку, – ответила она. Она боролась за то, чтобы вернуть ту дверь, но все исчезло.

– Я знаю, что произошло, – сказала Уикка в ответ молчанию Бриды. – Я больше не буду говорить о водопроводчике; он был здесь на прошлой неделе и все починил.

Прежде чем положить трубку, она сказала, что ждет ее в назначенное время.

Брида повесила трубку, не попрощавшись. Она еще долго смотрела на стену в кухне, пока не упала, поддавшись несмолкаемым и успокаивающим рыданиям.

– Это был трюк, – сказала Уикка напуганной Бриде, когда обе устроились в итальянских креслах. – Я знаю, как ты, должно быть, себя чувствуешь, – продолжила она. – Иногда мы вступаем на путь только потому, что не верим в него. Тогда это легко: все, что мы должны сделать, это доказать, что это не наш путь. Однако когда вещи начинают происходить и путь раскрывается перед нами, нам становится страшно идти вперед.

Уикка сказала, что не понимает, почему многие предпочитают проводить целую жизнь разрушая пути, которые они не хотят проходить, вместо того, чтобы пройти по тому единственному, который приведет их к какому-либо месту.

– Я не могу поверить, что это был трюк, – сказала Брида. Она уже не чувствовала тот дух возмущения. Ее уважение к этой женщине значительно возросло.

– Видение не было трюком. Трюком была та игра с телефоном. В течение миллионов лет человек говорил с тем, кого мог видеть. Вдруг, только лишь за один век, слова «говорить» и «видеть» были разделены. Мы думаем, что привыкли к этому и не ощущаем те огромные следы, которые это нанесло на наше отражение. Просто наше тело еще не привыкло. На практике, результат тот, что когда мы говорим по телефону, то можем входить в состояние, очень похожее на некий магический транс. Наш разум выходит на другие частоты, становится более восприимчивым к невидимому миру. Я знаю волшебниц, у которых всегда рядом с телефоном ручка и бумага: они записывают бессмысленные вещи, пока разговаривают с кем-нибудь. Когда они вешают трубку, эти вещи, в основном, становятся символами Традиции Луны.

– А почему таро открылись мне?

– Это великая задача того, кто хочет изучать магию, – ответила Уикка. – Когда мы начинаем путь, у нас всегда есть более или менее определенная идея относительно того, что мы стремимся найти. Женщины, главным образом, ищут Вторую Половину, мужчины – Власть.