Ника вздрогнула от громкого звука и ошеломлённо смотрела на дверь.

— Даня? — удивлённо смотрела Ника на него.

— Даня, — кивнул он и накинулся с кулаками на Артура.

Ника вскрикнула и подпрыгнула на месте.

— Сукин ты сын, — ругался Даня при каждом ударе. — Я говорил не приближаться к ней, — ещё удар.

— Даня, остановись! — крикнула Ника, пытаясь, столкнуть его с Артура.

Даня ударил ещё раз окровавленное лицо Артура и встал с него, стряхивая руку. Вцепился руками в рубашку парня и потянул вверх, поднимая его с пола, Даня вывел Артура за дверь своей квартиры.

— Собрала свои вещи, и чтобы я тебя здесь больше не видел, — злобно проговорил он, тыкая пальцем в Нику.

— Даня, ты… — Ника не поняла вообще, что это такое было только что.

— Заткнись, — рявкнул Даня, не дав ей договорить. — Наигралась? Отомстила? Повеселилась? — наступал он на неё с каждым вопросом всё ближе и ближе. — Легче стало? — он навис над Никой, и она смогла смотреть в его глаза, что сверкали гневом и болью.

— Что ты такое говоришь? — не своим голосом спросила Ника. Ком в горле стал невероятных размеров, слёзы уже стекали по щекам, руки тряслись, а внезапная боль от сказанного сжимали сердце.

— Пошла вон! — тихо и с дрожащим голосом сказал Даня, убивая её презрительным взглядом.

Ника смотрела на Даню, и обида, что он даже слово не дал ей сказать, что он в принципе мог поверить в то, что она ему изменяет — наполнила её до краёв.

Да, он застал её с другим мужчиной в их спальни, но мог бы выслушать, поговорить, спросить в конец. Он сделал свои выводы, а Ника не намерена умолять его выслушать или тем более просить за что-то прощение.

Ника взяла свою сумку и телефон с прикроватной тумбочки и вышла из квартиры громко хлопнув дверь. Слёзы и дрожь не покидали её, и она не стала садиться за руль, а вызвала такси.

— Прости малыш, — она погладила ещё плоский животик. — Мама сейчас успокоится и больше плакать не будет, — вытерла слёзы со щёк. — Раз твои папаша сумасшедший параноик, он нам не нужен.

Как ни пыталась Ника успокоиться и не плакать, слезы все равно ручьём текли по щекам. Она была очень зла на Даню, но боль и обида от его слов и его поступка была сильнее. Она обещала себе, что никогда не простит, а желание убежать и спрятаться от всего мира, только росло.

Добравшись до дома с жуткой головной болью из-за нескончаемого потока слез, она сразу же легла свернувшись калачиком на кровати. Обняла животик и закинула на себя лёгкое одеяло, потому что её начало колотить, она так и уснула.

Разбудил её настойчивый звонок в дверь, не было никакого желания кого-то видеть или тем более разговаривать. Так что Ника не пошевелилась, хоть и не прекращающая трель звонка давила на мозг.